Принцесса на замену

А уж прикосновение прохладного голубого геля и вовсе избавило от всех неприятных ощущений. И на контрасте пальцы мужчины казались очень горячими, отчего живот напрягся. Заметив это, Фортем тут же убрал руку.

– Шрамы останутся? – спросила я, ни с того ни с сего вдруг покраснев.

– Нет, если будешь оставаться в покое. Шрамы остаются, когда рану постоянно тревожат и гель заживляет ее неровно. Если не дергаться, все срастется так, как будто ничего и не было. Разве что загар будет ложиться хуже, но ультрафиолет и без того вреден и принцессе загорать категорически запрещено.

Новая повязка смотрелась значительно меньше прежней и напоминала скорее пластырь. И хоть он закрывал половину живота, жить с ним было куда проще.

От кратковременного стресса глаза медленно закрывались. Я потерялась во времени, лишь корабельные часы могли сказать, который час. Ночь? День? Когда мне нужно будет проснуться и когда мы прилетаем?

– Может это все быть звеньями одной цепи?

– Что именно? – Фортем нахмурился.

– Смерть императора, убийство Саши, мое похищение и нападение странных кораблей на крейсер?

– Теоретически – может.

– Кстати, где она? А вы ее хоть кормите?

Фортем замер, не успев что-то переключить на панели управления.

– Вы что, забыли покормить пленницу? – Я округлила глаза. – Не заводите хомяка. И не трогайте моего годдера! И… замуж я, пожалуй, тоже не пойду.

– Кхм… в общем, спи. Пойду организую гостье ужин.

Я не выдержала и рассмеялась – у него был такой озадаченный вид!

А ему шла улыбка. Или, может, она была такой редкой и не подходящей образу безопасника, что воспринималась как нечто необычное. Вот Люк постоянно улыбался, отчего совсем не соответствовал образу императора, властвующего над крупнейшей звездной системой. А Фортем запомнился мне хмурым, молчаливым – ну, поначалу. А потом до жути язвительным. Теперь вдруг оказалось, что рядом с ним может быть спокойно и даже интересно.

Долгая дорога домой представлялась не такой опасной и пугающей, как вначале.

Сквозь сон я почувствовала какое-то прикосновение к виску. Теплое, не враждебное. Я была укрыта тонким покрывалом, и под утро почему-то вдруг стало прохладно. Ощутимо замерзли ноги. Я хоть и просыпалась каждые несколько часов, не спешила вставать и идти на розыск теплых вещей – просто не знала, где на корабле хранятся одеяла.

Желание поспать еще чуть-чуть было куда сильнее любопытства.