Принцесса на замену

Я взвизгнула и чуть не подскочила – рептилоид щедро выдавил мне на обнаженный живот холодный… нет, просто ледяной бесцветный крем! По-моему, он состоял из мяты, зубной пасты и льда, потому что обжигал почище ледяной проруби.

– Холодно! – пропищала я, извиваясь в попытке спрятаться и уползти под одеяло.

Как бы не так! От Фортема еще никто не уползал. Словно издеваясь, он втирал крем в кожу. Медленно, наслаждаясь не то моими воплями, не то самим процессом. Нашел себе развлечение на утро, ничего не скажешь!

– Холодно тебе, принцесса? – Губы мужчины тронула улыбка.

Я пробурчала что-то невразумительное.

Холодно. И страшно. Атмосфера в капсуле неуловимо изменилась, воздух будто стал тяжелее, и я поняла, что пора сматываться. Сбежать отсюда, вырваться к толпе, оказаться на виду.

У меня вырвался короткий вздох, а Фортем вдруг наклонился и коснулся губами свежего шрама.

– Сейчас нажретесь крема, а до уборной на лифте ехать, – пробурчала я, но голос предательски дрогнул.

Прикосновение обжигающе горячих губ было совсем не похоже на те смутные образы из обучающих чипов.

– Может, нам и впрямь стоит пожениться? – задумчиво произнес Фортем. – Тогда можно будет зайти дальше…

– Идите вы… дальше вместе с Таяной!

Он дурачился – по крайней мере, мне так казалось. Но когда я попыталась сесть, мужчина с неожиданной силой остановил, и что-то внутри насторожилось, замерло, не решаясь идти против.

Опасный путь, очень опасный и очень пугающий. Горячие губы, пальцы, выводящие на животе замысловатые узоры. Тяжелое дыхание, неожиданно разорвавшее тишину. Стук сердца… впрочем, он принадлежал уже мне.

Я на миг закрыла глаза, а когда снова открыла – губы вдруг оказались в опасной близости от губ Фортема.

– Плохая идея, – выдохнулая я.

– Очень, – согласился он.

Ближе… на несколько миллиметров, которых хватило, чтобы растаять.

Губы встретились, а в камере вдруг погас свет. Не знаю, было это задумано Фортемом или очередная случайность на нашем пути, но сил оторваться друг от друга, чтобы выяснить, не было. Поцелуй, скрытый внезапной темнотой, из дразнящего перерос в какой-то сумасшедший. Я уже чувствовала нечто подобное, но те чувства заглушили время, сны и сомнения.