Принцесса особого назначения

Затем сел, почесал спину, а дальше…

– Утыррка?! – шенге, который тоже заметил внезапный приступ чесотки у ракарда, внимательно посмотрел на меня.

– А-а, мыться лучше надо, – я ласково улыбнулась шенге.

Но папашка быстро сообразил, что к чему, и следующий, на кого он серьезно посмотрели, был мой нянь.

– Рхарге и Утыррка собирать дрова! – прорычал шенге. – Много собирать!

Да уж, наказание было не то чтобы жестоким, но поручалось это задание обычно не нам. И вообще, я, между прочим, наследная принцесса, а он…

– Быстро! – добавил шенге, и мы побежали бегом.

В это же время из лагеря к реке очень быстро, почесываясь на бегу, мчался Аршхан… Так что мы с Рхарге тоже ускорились, надеясь уйти от лагеря подальше к тому времени, как ракард вернется.

Первое время мы с Рхарге откровенно хохотали и пересказывали друг другу, каким было выражение лица степняка. За веселыми разговорами и не менее веселыми планами предстоящих увеселений – веселиться было решено опять же за счет ракарда, – мы собрали огромную кучу хвороста, орк все это обвязал веревкой, и мы направились обратно в лагерь… Рановато мы решили вернуться.

– Утыррка! – прорычал поджидающий нас на тропинке Аршхан.

Рхарге, рыча и демонстрируя внушительный оскал, прикрыл меня собой. Не спас! Разряд молнии – и мой нянь завыл, потирая оркский зад. Я заметила, что у степняков какая-то особая любовь к филейной части.

– Утыррка готова просить прощения! – крикнула я, кряхтя под весом вязанки хвороста, которую Рхарге в процессе потирания пострадавшей части тела невольно уронил на меня.

Не помогло, в смысле, не удержала и повалилась под весом вязанки.

– Утыррка, – Рхарге бросился на помощь.

– Ох, – вязанку с меня сняли, но я так и осталась лежать, раскинув руки и разглядывая сверкающий голубоватыми искрами полог. – Красиво…

Аршхан перевел взгляд с распластавшейся меня на недовольного Рхарге, выругался на своем степном и ушел.

– Рхарге запоминать, – усмехнулся мой нянь.

– Что запоминать? – не поняла я.

– Утыррка притворяться мертвой, чтобы Аршхан не наказывать! – Рхарге, фыркая, рассмеялся.

Возвращались мы, оба прихрамывая, я – после падения, Рхарге – после молнии ракарда. В лагере шенге хмуро осмотрел нас и приказал… кабана жарить. У-у! Вообще с появлением степняков шенге приходилось строить из себя сурового вождя и… хочу назад своего доброго папашку!

В стане Аршхана кабан уже жарился, так что нам пришлось тоже поторопиться.