Принцесса особого назначения

Лора изумленно выронила из руки перо, Авер начал громко икать, остальные министры выражали весь спектр чувств и эмоций! Затем министры начали переглядываться, послышались недоуменные возгласы: «Кто это?»

Но тут с кресла, которое стояло в тени у колонн и потому не было мною замечено, поднялась мама. Королева Оитлона смотрела на меня так, как не глядела никогда в жизни. Словно видела меня впервые… впрочем, она и смотрела на меня так пристально впервые… А затем на весь двор раздался истошный крик:

И величественная королева Оитлона, как простая… мать, бросилась ко мне через весь дворик и обняла… впервые в моей жизни.

– Катриона, девочка моя, Катриона… – мама плакала, не заботясь ни об испорченном гриме, ни о свидетелях данной, ранее ею самою же названной бы безобразной, сцены. – Катриона…

Я оторопела. Сжатая в материнских объятиях, которые никогда ранее не приходилось испытывать, я хотела только одного – чтобы это прекратилось.

– Матушка, – я не знала, что делать в подобной ситуации, разом растеряв и свой скепсис, и злость за вынужденное возвращение… – Матушка, на нас смотрят…

Она постарела, в светлых волосах седые пряди, на лице морщины… видимо, в последнее время мама часто плакала… не удивительно, ведь ее любимицу истязали учителя и министры. Но ее последующие слова заставили меня усомниться в правильности выводов.

– Катриона, Кат, девочка моя… моя девочка… пообещай, дай слово, поклянись, что больше никогда не будешь участвовать в подобных… политических махинациях! Дай слово, что больше не покинешь Оитлон! Катриона, я и не надеялась увидеть тебя живой! Катриона…

И она вновь заплакала, крепко обнимая меня и совершенно забыв об окружающих.

– Мама, со мной все хорошо, – я неумело обняла эту хрупкую женщину, которая столько лет не желала знать о моем существовании, а сейчас словно просила прощения за все эти годы, – матушка, прошу вас, не здесь…

Спасла меня Лориана:

– Нет, – съязвила я, – это мое привидение! Бу!

– Это ты!!! – торжествующе завопила Лориана, а в следующее мгновение упала на колени и, сложив в молитве руки, начала быстро говорить: – О великие боги степей и лесов, спасибо! О пресветлая прародительница всего сущего, благодарю тебя.