Принцип Отелло

И добавила: – Не нравится она мне, вот!

Глупо было бы думать иначе, хмыкнул про себя Шаповалов. Когда весь мир вокруг – говно, чем Василиса Сахарова лучше?

– А муж ее нравится?

– Муж-то? – Козлова помолчала, подумала и снова отрицательно мотнула головой. – Нет, и он не нравится. Опасный какой-то.

– То есть?! – Шаповалов тут же насторожился. – Что значит опасный?

– Из этих он, думаю, из аферистов, – подытожила свой мысленный расклад Раиса Васильевна.

– Почему? С чего вы решили?

Олег Иванович был разочарован.

– А вот вы послушайте, как им квартира досталась, – подобралась старушка, принимая почти боксерскую осанку за столом. – Здесь до них жил Михалыч. Ничего мужичок был, тихонький. Пьющий, правда, но не буян. У него раньше жена была и дочка. А потом друг за другом убрались от болезни.

– Знамо от какой – алкоголизмом обе страдали. Он-то дольше всех протянул. Так вот жил себе мужик, а потом помер. Квартиру опечатали. Говорили, будто городу отойдет, поскольку никого родни у Михалыча не было.

– Вдруг в квартире жильцы!

– И что тут удивительного?

Внутри у Шаповалова уже просто все горело от дикого желания развернуться и убраться поскорее из квартирки, насквозь пропахшей лавровым листом. Раиса Васильевна таким образом с молью боролась – развешивала на ниточках и веревочках по всему дому лавровые засушенные ветки. И ощущение создавалось такое, будто в ее квартире в каждом углу готовится похлебка.

– Они, наверное, купили квартиру, – пожал он плечами без особого интереса.

– Как же, купили! Откуда деньги-то? В ЖЭКе сказали, что по наследству перешла она к ней.

– Ну к соседке моей теперешней. Имя у нее еще такое странное, кошачье.

– Скорее сказочное, – заступился за Сахарову Шаповалов, который питал к девушке тайную симпатию. – Василиса. Всех царевен так звали.

– Во-во! Царевна и есть. Сроду ни здрасте, ни до свидания! Вадик-то еще здоровкается, а она никогда. Либо буркнет что-то себе под нос.

– И что вам не нравится?

– Да все! С какой стати ему жилье ей оставлять, а? Она и не родня, не знакомая. Жила через пару кварталов отсюда со своей бабкой всю жизнь, ни разу к нему не заглядывала, а тут вдруг родня. И чья? Вроде ее матери непутевой, которая ее в раннем детстве бросила.