Снова ей ротик заткнул, стало намного лучше.
Я на пределе.
Сколько можно меня дразнить, а? Сколько?
— Сейчас войду полностью, не бойся. Тебе понравится. Ты только посмотри.
Я нарочно замер, приподнялся. Ее бедра продолжили нашу случку, она подмахивала активно, насаживала себя.
— Хочешь ужасно.
— Хочу! — призналась. — Но могу передумать…
— Я тебе передумаю, — пригрозил, куснув за сосок. — Откушу…
Едва в рот попала ее грудь, совсем обо всем забыл, побаловался с ним, пока мысли совсем не заволокло похотью.
Потом уперся в матрас ладонью и обхватил Марфу за затылок, уперся своим лбом в ее.
— Сейчас…
— Что? — спросила она и закричала, когда я рывком зашел целиком.
Прорвал ее. Блять, точно целка.
Прорвал и следом скорым поездом до конечной ворвался.
Замолотила кулачками по плечам, обвиняя, что больно.
Не нравится.
И вообще, пошел бы я нахер со своей кувалдой.
— Тиш-тиш-тише… Ну что ты, сейчас все будет хорошо.
Не двигаться не мог, это было бы слишком даже для меня. Я начал толкаться бедрами, входил и выходил, целовал эту глупышку, метавшуюся подо мной.
Но когда ощутила, как от моих пальцев, выплясывающих на клиторе, по телу пополз жар и приятные ощущения, затихла. Начала покусывать губы, дышать чаще, сдерживая тихие стоны.
— Хорошо, Одуванчик? Дааа… Это пиздец как хорошо… Секс называется!
— Боже, Дубинин, я в курсе. Я… ааааах… — вцепилась в мои плечи, широко открыв глаза. — Мммм… Аааах… Да, продолжай. Мне хорошооо…
— По имени слабо позвать? Или эти губки только ругаться умеют.
Обвел ее губы, толкнулся пальцами, она начала их посасывать, пульсируя между ножек все сильнее и сильнее.
Я почувствовал, как между нашими телами прокралась ее рука, поглаживая клитор.
— Решительная девочка. Одобряю… Моя девочка…
Она взяла мои пальцы так глубоко… Будь это член, я бы слил в тот же миг. Признаться, я и сейчас с трудом сдержался.
Вынул пальцы из ее ротика.
— Сейчас будет жарче…
— Еще жарче, Дубинин?
Оооо…
Опять по фамилии.
Зверски подстегивает.
Я обхватил ее попку, стиснув, второй рукой отвел бедро в сторону.
надавил ладонью, начал входить глубже, чаще, рывками.
— Еще раз по фамилии назовешь, я тебя и в задницу трахну…
— Может быть, я хочу, чтобы ты трахнул меня и в задницу? — спросила, задыхаясь. — Может быть, не хочу… Боже, я не знаю! Это все ты…
— Трахну. Обязательно трахну. Может быть, даже сегодня… Может быть, отложу на потом. Но факт, я тебя трахать буду. Только я, запомни. И по имени, Одуванчик. Это… не сложно… — прохрипел.
