Приручить Цербера

— Вы сказали, что Данила хочет нас видеть. Это правда? — заподозрил вранье Дмитрий Летов. Слова он произносил с трудом, немного растягивая.

Настя решила сказать правду: что напилась и организовала неприятный сюрприз Церберу — но не успела. Хлопнула входная дверь, отчего кровь в жилах застыла, и скоро на пороге комнаты появился сам Данила.

Выглядел он как жертва жуткого похмелья. Переступив порог, хозяин дома долго смотрел перед собой, как будто не понимал, бредит он или нет. Насте хотелось вскочить, подбежать и ударить его — или обнять, хотелось кричать и биться в истерике, но она достаточно разбила накануне; пришлось держать себя в руках.

Она ушла в несознанку и решила общаться как ни в чем ни бывало.

— Доброе утро, босс. К вам родители заехали. Хотите чаю?

— Кофе, — машинально ответил Данила, и когда Настя зашла на кухню, метнулся к ней, даже не поздоровавшись с источником своих генов. — Что здесь за апокалипсис? Что случилось?

— Пока ты развлекался с Диной? Хм… Ничего особенного. Рыжий разнес комнату в хлам, доведенный до истерии твоим сообщением.

А потом я пригласила этих двоих прийти в гости, когда они звонили поздороваться. Я ведь твоя личная помощница, всегда должна оставаться вежливой.

Настя спокойно выговорилась, продолжая невозмутимо делать кофе.

— Вчера я отпустила горничную на эти выходные, так что убирать никто не придет. Извини.

— Почему ты так поступила? Из ревности? — его тон был непривычно «пустым»; холодные слова, как ледышки из равнодушия.

— Чтобы ревновать, нужно любить или хотя бы страдать комплексом неполноценности.

У меня в данный момент ни того, ни другого. Только головная боль. Ты сделал свой ход, я ответила. Но на этом все. По раундам у нас, наверное, ничья. А по сути, мы — двое проигравших придурков. До конца практики осталось три недели, обещаю быть паинькой. А потом, надеюсь, ты уберешься из моей жизни. Все, Летов, окончен бой, беру портвейн, иду домой. Ах да, все же в дребезги… Даже взять нечего.

Настя не смела взглянуть Даниле в глаза, чтобы не расплакаться.

Она, сама того не желая, выполнила изначальный план: заставить Цербера ненавидеть ее. Вот только в итоге получились недолюбовь и недоненависть. Игра сломалась, и уже не доиграть. Что ж, бумеранг за глупость прилетел прямо в сердце, и опять страдать придется Насте. Ей безумно хотелось извиниться, а потом заставить его соврать насчет Дины. Но рыдания клокотали в груди, и она боялась, что ее просто-напросто вырвет, если произнесет еще хоть слово.