Онлайн-библиотека книг
Девочка, закатив глаза, как это недавно делал Гектор, вытянула перед собой руки и скрючила пальцы. Ее глаза тоже мерцали тусклым голубым огнем. Она шевелила кистями, и столб двигался по залу, повинуясь ее движениям.
Девочка управляла этим кошмаром!
– Что это?! – ужаснулся Никита.
– «Черный обелиск»! – выдохнул Гордей.
Он схватил Легостаева за шиворот и поволок за собой. Они выбежали из-за лестницы в тот момент, когда столб дыма поглотил одного из охранников. Послышался истошный вопль. Смятые брюки и рубашка взметнулись к потолку и упали неподалеку от лестницы.
– Так вот что случилось в экспрессе! – потрясенно выдохнул Никита.
Гордей подтащил его к окну, и они буквально выбросились из него, выбив остатки витражного стекла. Никита едва успел прикрыть голову капюшоном.
Они рухнули с высоты второго этажа на газон перед зданием музея, и на головы им посыпались разноцветные осколки.
У памятника в центре площади уже стояло несколько патрульных машин. Полицейские бежали к главному входу в музей.
Никита и Гордей вскочили на ноги и бросились прочь, стараясь держаться в тени здания. Они завернули за угол и оказались в темном переулке.
– Эй! – вдруг донеслось до них. – Меня подождите!
Никита задрал голову. С крыши музея по пожарной лестнице быстро спускался Артем.
– Чтобы я еще хоть раз купился на твои уговоры! – крикнул он.
Лестница закончилась, а до земли оставалось еще метра три.
– Прыгай! – крикнул ему Никита. – Я тебя поймаю!
Артем не стал долго раздумывать. Он спустился пониже, повис, зацепившись руками за нижнюю перекладину, а затем разжал пальцы. Никита подхватил его в воздухе и поставил на землю.
Артем вытаращил на них глаза.
– Что вы там натворили?! Когда взорвалась крыша, я едва не свалился прямо на площадь! Вот бы полиция удивилась!
– Все разговоры потом! – сухо отрезал Гордей.
– Ладно, – согласился Никита. Сейчас действительно было не время для расспросов.
Они побежали вниз по улице.
Глава двадцатая
Откровения
Гордей остановил машину у дома Артема. Всю дорогу они хранили молчание. Никита опасался спрашивать о чем-либо, уж больно грозно выглядел Лестратов.
