Пристрелите нас, пожалуйста!

Не смотрите на меня так! Ну, не знаю я!

– Фокус-покус! Испарился! – дурашливо сказал парень.

– Юноша, хватит косить под дурачка, – укоризненно проговорил Иван Петрович. Ваня надулся и замолчал. – Если кто не понял, я объясню. Убили блондинку из «беретты». Поэтому Аркадий Павлович и собрал нас здесь. Потому и деньги большие предлагает. У него был мотив, и убили ее из оружия, которое хранилось в доме. На «беретте» наверняка есть отпечатки пальцев хозяина. Ничего не скажешь, разыграно как по нотам. Украли – убили – подставили.

Или барин врет. Он убил любовницу, а теперь хочет выйти сухим из воды.

– Я не вру, – Телятин втянул голову в плечи. – Я ее не убивал.

– А пожар? – спохватилась Ульяна Федоровна. – Гараж ты поджег?

– Отвлекающий маневр, – пояснил Ваня. – Вспомните, сколько мы тушили огонь? За это время сто пистолетов можно было украсть! Хоть из моего кармана, хоть из…

– Ай, молодец! – покачал головой Иван Петрович. – Сообразил!

– То есть вовсе не факт, что убили из моего пистолета, – напрягся Телятин.

 – А мой просто подбросили… Как вы правильно сказали, подставили…

– И этот сообразил! Очко в пользу барина!

– Но тогда… – Телятин сглотнул. – Тогда получается…

– А вы не боитесь, что баллистическая экспертиза установит: в блондинку стреляли именно из «беретты»? – рассмеялся вдруг Иван Петрович. – Тут, как говорится, фифти-фифти. Рискнете? Ведь вы бизнесмен. Риск – непременный атрибут вашей нелегкой профессии. Небось не впервой, а?

– Я своей свободой рисковать не собираюсь, – с пафосом произнес Телятин.

 – Поэтому надеюсь на вашу откровенность. («И на жадность», – тихо прокомментировала жена.) Я хочу знать, кто убил Кристину. Что касается нанятого мною киллера… Я готов отдать оставшуюся половину денег и навсегда похоронить эту историю.

– Вместе с женой или как? – спросил Иван Петрович.

– Сволочь! – взвизгнула Ульяна Федоровна. – Только троньте меня! Только попробуйте!

– Да успокойся ты! – прикрикнул на нее Телятин. – Не собираюсь я тебя убивать!

– Я… я дам тебе развод, – Ульяна Федоровна вдруг разрыдалась.

– И стоило до этого доводить? – тихо спросил Иван Петрович.

– Я… я не знала, что и он… – Телятина захлебнулась слезами. – Я все расскажу… Потому что… мне теперь все равно… пусть уходит… Все равно…

Очень кстати в кабинете оказалась бутылка с минеральной водой. Аркадия Павловича, особенно по ночам, мучила изжога, которую он предпочитал лечить «Боржоми», а не новомодными таблетками, навязываемыми рекламой.