Пристрелите нас, пожалуйста!

Сначала я забежал в ванную комнату, взял кусок ваты и обернул палец.

– Где вата? – деловито спросил верзила.

– Я, кажется, потерял ее на пожаре. – Ульяна Федоровна при этих словах зарделась. – Она сгорела. Я спустился в подвал и… заблудился. Там так много дверей…

– И сколько ты там блуждал? – деловито спросил Телятин.

– Я не помню. Потом я нашел наконец икру и поднялся наверх.

– И где икра? – вновь деловито спросил Ситников.

– Кажется, на пожаре потерял.

– Ты что ж, с банкой икры туда понесся?

– Я… нет.

Я оставил ее на столе в… гостиной. Кажется.

– На столе была икра? – спросил Иван Петрович. – Кто помнит?

Ульяна Федоровна опять заволновалась.

– Это легко проверить, – вздохнул Телятин. – Пойти туда и…

– Погодите. Ваня, что было дальше? – мягко спросил у юноши Иван Петрович.

– Ничего. То есть я услышал крики, кинулся к окну, увидел, что все бегают вокруг гаража, а оттуда валит дым. Я закричал: «Пожар! Пожар!»

– Кому? – спросил Иван Петрович.

 – Ведь все были у гаража.

– Кристине. Ее-то во дворе не было. У меня зрение хорошее, я видел только одну женщину, толстую. – Ульяна Федоровна вспыхнула. – Я подумал, что Кристина не слышала криков, и… Пошел в гостиную. Точнее, побежал.

– И увидел труп, – закончил за него Телятин.

– И промолчал, – хмыкнул верзила.

– Я не промолчал, – обиделся Ваня. – Просто все тушили очень, и я стал тушить. А потом сразу сказал о трупе.

Как только понял, что опасность миновала.

– Опасность для кого? – спросил Иван Петрович. – Для тебя?

– Я ее не убивал! Если бы я убил, я бы сейчас не сказал, что хотел это сделать! И никогда не признался бы, за что!

– Логично, – кивнул Телятин. И тут же поправился: – Вроде бы логично.

– Логично, да не совсем, – поморщился Ситников. – Документов у него нет.

– У меня есть паспорт! – закричал Ваня.

– Я имею в виду удостоверение сотрудника полиции.

Палыч, который якобы может подтвердить его личность, сменился. Телефон наставника, к которому он прикреплен, тоже вряд ли имеется. Он сейчас скажет, что некий Сан Саныч или Сергей Сергеич не хочет, чтобы его беспокоили в нерабочее время.

– Но ведь это правда! – закричал Ваня.

– Все это похоже на бред, – поморщился верзила. И добавил: – На бред сумасшедшего.

– А по-моему, на правду, – тихо возразила Ульяна Федоровна.