Приступить к ликвидации

В кузове на брезенте лежал человек в грязном ватнике, некоем подобии шапки и разношенных валенках. В кабине сидели еще двое, грузчик и шофер. Машину вел Данилов. Он давно уже не сидел за баранкой, а на грузовиках вообще не ездил, поэтому полуторка шла странными скачками.

– Пожгет сцепление, – с сожалением сказал начальник райотдела, глядя, как машина, дергаясь, моталась из стороны в сторону.

Но все же Данилов освоился с машиной и к даче Розанова подкатил сравнительно грамотно. Полуторка затормозила, почти уткнувшись носом в ворота.

Никитин выпрыгнул из кузова, обошел машину, стукнул валенком по переднему скату и, подтянувшись на руках, перемахнул через забор.

Ничего себе участок отхватил этот адвокат. Дачка, сарай, сад. Летом здесь, наверное, красота. Ворота были заперты.

Никитин распахнул калитку и крикнул:

За забором хрипло заревел клаксон. Никитин вразвалку зашагал к дому, на ходу цепко поглядывая на забранные ставнями окна, на массивную дверь, на стекла террасы, перетянутые бумажными крестами.

Дом молчал. Никитину не нравилось это. Он был как ростовая мишень на белом снегу. В любую минуту утреннюю тишину мог разорвать выстрел… А там… Не очко меня сгубило, а к одиннадцати туз, как любил говорить его товарищ из Тульского угрозыска.

Но пока ничего, до крыльца дойти дали.

Клаксон ревел. Никитин кулаком забарабанил в дверь.

– Чего тебе? – спросил голос за дверью.

Значит, стояли, следили за ним, но не выстрелили. Значит, наживку сглотнули.

– Я тебе, между прочим, не нанялся, – заводя себя, заорал Никитин, – ты тут сны видишь, а я вам уголь вози!

– Чего орешь? Какой уголь? – так же спокойно спросили за дверью.

– Какой?! Черного цвета! – рявкнул Никитин. – Давай открывай ворота, или я его на улице выброшу. – Он полез в карман, вытащил накладную. – Распишись и сам таскай, мы тебе не нанялись.

Никитин вновь полез в карман, вынул газетную бумагу, сложенную книжечкой, махорку, лихо скрутил самокрутку.

– Дай спички, хозяин. – Никитин оглянулся и увидел идущего к даче Муравьева, он нес в руках совковую лопату.

– Ну чего они? – крикнул Муравьев.

– Спят, падлы. Давай сгружать на улице. – Никитин закончил фразу матом. – Так дашь ты спичку или нет?

– Кто уголь прислал? – спросил за дверью другой голос.

– Слепые. ВОС. Не хочешь брать – распишись.

Загремела щеколда. Дверь распахнулась. На пороге стоял человек в свитере, похожий на квадрат.

«Слон», – понял Никитин.

– Где расписаться? – спросил Слон.