Без курточки и босую! Нет, дом у них был элитным, и подъезды хорошенько отапливались. Да только… как это объясняло ее странный вид?!
- Эй, - осторожно позвала Соня девочку, чтобы не испугать. - Ты кто?
- Калина… – шмыгнула носом малышка.
- А ты откуда взялась такая красивая?!
Малышка вытерла нос, поджала пальчики на озябших ногах и ткнула пальчиком в дверь напротив. Соня сразу все поняла. Видела однажды мамашу крохи… Ей одного раза хватило, чтобы понять, что та собой представляет.
- А родители твои где?
- Мама там, - всхлипнула девочка, - но я к ней не хочу.
- А к кому хочешь?
- К папе-е-е, - горько заплакала девочка. Соня подхватила ее на руки и прижала к себе, укачивая.
- А папа где?
- На работе.
- Что-то долго он у тебя работает… - пробормотала Соня, судорожно соображая, как ей лучше всего поступить. – А знаешь что, ягода моя красная, давай-ка мы ко мне в гости пойдем? А как папа вернется, так мы ему тебя и вручим.
Что скажешь?
Карина вытерла слезы ладошкой и неуверенно кивнула головой.
Глава 8
Первые дни в больнице для Сони стали самыми тяжелыми. Ей нужно было привыкнуть ко многим вещам! Например, поход в туалет для нее теперь стал настоящей проблемой, а помывка – и вовсе событием, требующим значительной предварительной подготовки. В первый раз она добралась до душа только на третий день. И каким же блаженством стало ощущение свежести и запах чистых волос!
Ее никто не навещал.
Лишь однажды к Соне нагрянул её научный руководитель – уже старенький и отошедший от дел Лев Давидович Киперман. Академик, мозг… и просто хороший мужчина. Он привез с собой маленький букетик хризантем и ощущение радости, а еще купленные по просьбе Сони зарядные устройства для всех её гаджетов.
Вот и все визитеры. Наверное, для кого-то печальное зрелище – относительно молодая женщина, которую некому навестить, но Соня от этого особенно не страдала.
Разучилась когда-то давно. Родни у нее не осталось – так уж вышло, подруг у нее никогда не было, а коллеги… о, это отдельная история.
- Вы поймите, Софьюшка, они же просто завидуют! – объяснял ей когда-то давно Лев Давидович. - Все их пассажи – они ведь не от большого ума! Не имея за плечами и приблизительно твоих достижений, эти убогие только тем и заняты, что твоей персоной.
