Ты знаешь, сколько ему светит за грабёж, отягощённый нанесением тяжких телесных?
Его голову и правда венчала толстая марлевая повязка.
— Я понимаю, Марк Аркадьевич, что мой брат виноват…
— Хорошо, что ты это понимаешь.
— Я готова выплатить вам… любую компенсацию. Сколько скажете. У меня есть кое-какие накопления… Только, прошу, не надо суда. Он же ещё совсем мальчик."
"— Этот мальчик, ты сама видела на записи, совершил грабёж и разбил мне голову вазой. Ты это понимаешь? Твой брат напал на меня. Ваза, кстати, стоит… дай бог памяти, около полумиллиона рублей.
А вот та монета… оценивается в пятнадцать миллионов. Неужели ты думаешь, что твои жалкие… сколько ты там успела скопить? Семь-восемь сотен тысяч? Неужели ты думаешь, что это как-то окупит то, что сделал твой брат? Но главное, он напал на меня! Никто никогда не смел меня даже пальцем тронуть. А этот мелкий щенок… И я, кстати, не уверен, что ты в этом не замешана. Откуда он знал, что именно сегодня меня не должно быть дома?
— Марк Аркадьевич, я же вам показала переписку.
Из неё совершенно ясно, что он не хотел вас грабить, его заставили. А я и вовсе была не в курсе.
— Откуда я могу знать, что вы эту переписку сами не состряпали, чтобы отвести подозрения?
— Но это же можно проверить! Ведь есть способы узнать, кто абонент и… Марк Аркадьевич, вы же и сами знаете, что это не так. Я вас никогда не подводила… и не подведу. Да я бы не пришла к вам. Прошу вас… ему всего восемнадцать… Я отработаю. Да, моих сбережений не хватит, чтобы компенсировать все убытки, но я готова работать на вас без…
— Ты что, серьёзно думаешь, что после всего я допущу тебя до своих дел? Ты меня за идиота держишь?
Анита покачала головой.
— Нет, конечно, нет.
— Всё, ты свободна. Верни ключи и пропуск в офис. А что касается твоего брата… Он совершил преступление и ответит за него в полной мере. Ну а что касается тебя, то тут пусть суд разбирается, причастна ты или нет.
— Но… — внутри у неё всё оборвалось.
Лившиц жестом пресёк её, не дав сказать ни слова.
— Я не повторяю дважды. Иди.
В дверях словно ниоткуда возник Рассохин. При нём Анита и не смогла бы продолжить разговор. На деревянных ногах она пересекла кабинет Лившица, заметив, как Рассохин проводил её своим цепким взглядом.
Однако едва Анита добралась до дома, где уже извёлся в ожидании Ваня, как за ними приехали. В первый момент она испугалась, что из полиции, но нет, оказалось — от Лившица.
