Обоих отвезли в его дом, только Аниту проводили прямо к шефу, в кабинет, откуда часом раньше он её выставил, а Ваню отвели неизвестно куда. Она обернулась, растерянно глядя на опустевший холл.
— А Ваня где? — спросила охранника.
— С Ваней всё в порядке. Идите, вас Марк Аркадьевич ждёт, а он ждать не любит, сами знаете.
Анита понимала, сейчас бессмысленно спорить и возражать. Надо сохранять спокойствие хотя бы внешне. И надо узнать, что нужно Лившицу? Неужели он передумал и смилостивился?
— Присаживайся, — кивнул шеф на свободное кресло, когда Анита вошла в кабинет.
В соседнем расположился Рассохин.
— У меня к тебе будет… взаимовыгодное предложение…
=21.
Идея заслать её в конкурирующую компанию принадлежала, конечно же, начальнику службы безопасности, но шефу предложение Рассохина пришлось по душе.
— Этот Иванов и его «ФСК» у меня уже давно как кость в горле, — раздражённо говорил Лившиц. — Тебе ли, Анита, не знать. Почти все крупные тендеры за последние два года достались ему.
А скольких инвесторов он переманил. Но главное, сейчас они разрабатывают новый инвестпроект. На него все ставки. Слухи ходят, что в случае успеха они просто вытеснят всех с рынка. Но слухи слухами, а мне нужна точная информация: что за проект, какие ресурсы задействованы, да вообще всё. Иванов только с виду добренький простачок, а на деле — хитрый старый лис. Привлёк к разработке, как я понял, сотрудников из разных отделов, но каждый знает только свою часть работы. Может, только кто-то из особо приближенных владеет полностью всей картиной.
С их финансовым директором пытались договориться — бесполезно. Ну, вот устроишься туда и, по крайней мере, узнаешь, кто участвует в разработке поимённо. Ну и вообще будешь собирать необходимые нам сведения…
— Шпионкой быть? Но я не могу, — Анита неосознанно скривилась. — Извините, но нет. Не смогу. Не буду.
— Что так? — недобро прищурился Лившиц. — А совсем недавно ты утверждала, что готова отработать за своего братца верой и правдой.
Мол, всё, что угодно готова сделать, лишь бы его спасти. Смотри, Анита, тебе решать его судьбу. Можешь отказаться, никто тебя не заставляет. Но тогда твой брат отсюда отправится прямиком в кутузку. И я уж постараюсь, чтобы ему там обеспечили условия…
Аните казалось, что воздух в комнате стал густым и едким. Каждый вдох давался с трудом, даже в глазах потемнело. И подумалось вдруг: вот так и чувствуют себя люди, загнанные в тупик.
