Притворись, что мы вместе

Небо стало почти чистое к утру – готовилось встретить новый день и солнце. Я плюхнулась на скамейку в больничном скверике. Вокруг все замерло и покрылось серебряной паутинкой. Покой и счастье.

В сумке все перемешалось, и почти пять минут ушло на поиски телефона. Костик, видимо, ждал от нас звонка и сразу взял трубку.

– Костя, привет. Слушай, мы не приедем. Славка в операционной, у нас тут ДТП тяжелое было. Еще три трепанации осталось. Сам понимаешь.

– Да я уже слышал. По телику утром показали.

– Жалко. Моя мелкая так к вам собиралась. Точнее, к вашей собаке. Сейчас выслушаю все, что она о нас думает.

– А может, заберешь ее, такси вызовешь да приедешь?

– Какое такси, Костик?! Ты уже, смотрю, совсем буржуй стал. Несколько купюр в кармане, а до зарплаты – сам понимаешь.

– Понято. Я бы и сам приехал, но выпили вчера.

– Да ничего… Слушай, я как раз к тебе надумала все-таки обратиться. Помнишь, ты говорил по поводу работы.

– Про вакансию у нас?

– Да, как раз для тебя. Медицинский представитель по сахаропонижающим препаратам и по сосудистой терапии при диабете, для хирургов и эндокринологов. Тебя сто процентов возьмут. Условия хорошие: соцпакет со стоматологией, машина плюс бензин, начальная цена вопроса тридцать восемь тысяч. А что, неужели созрела? Я был уверен, что никогда не надумаешь.

– А я вот надумала. Можешь замолвить там за меня словечко?

– Лен, если замолвлю, а ты потом опять уйдешь в любовь к искусству, меня не поймут.

– Нет. Я уже все решила.

– Когда это успела, недавно же виделись?

– А вот, посидела пять минут на скамейке и решила.

Костик пару секунд сопел в трубку:

– Ну, что-то мне подсказывает, что ты уже и правда решила. Ладно, в понедельник вечером позвоню насчет собеседования. Жена декабриста.

– Спасибо тебе. Ты настоящий друг.

– Только без соплей, мадам.

– Тогда просто пока.

Сразу стало легко. Почему-то присутствовала стопроцентная уверенность, что на работу возьмут.

Хотелось спать, ноги болели, нос заложило окончательно, но надо было как-то поднять себя со скамейки. Однако я продолжала тупо овощиться, наблюдая, как вокруг просыпается жизнь: мимо бежали проспавшие на дежурство сотрудники, просто прохожие срезали полквартала по больничным тропинкам к метро, нарастал шум машин. Большой город.