Притворись, что мы вместе

Слава богу, еще было рано и у меня имелось достаточно времени, чтобы прийти в себя, пока Катька не проснулась.

Очнулась я от асрянских воплей в коридоре и не успела даже сообразить, сколько прошло времени. Ирка бесцеремонно вперлась в ванную, видимо, предварительно успев оценить взглядом профессионала место преступления. Я услышала шепот вместо своего голоса:

– Сколько времени, Катька спит?

– Спит. Около восьми. Давай вылезай, уже красная как рак.

Сильно штормило, и в принципе я уже была готова сдаться в борьбе за остатки моих многострадальных мозгов.

Кащенко ждет, широко распахнув двери своего приемного покоя. Игра, по крайней мере, на данном этапе, оказалась проигранной.

Пахло яичницей и шумел чайник. Славка явно выпускал пар за кухонным шебуршением.

– Дамы, я тут кофе варю. Извольте завтракать. Я пойду в комнату, мешать не буду.

Он удалился с кружкой горячего кофе.

Через несколько минут я заползла в комнату в поисках теплого Славкиного халата. Как будто ничего и не было: старые тяжелые занавеси скрывали следы преступления, а осколки стекла Славка уже успел собрать.

Халат найти не удалось, так что я завернулась в хозяйский плед, скрывавший старую обивку на тысячелетнем кресле, и вернулась на кухню. Асрян не была расположена есть, но кофе хлебала с большим энтузиазмом. Я плюхнулась напротив нее.

– Так, если что-то помнишь, давай выкладывай.

Заикаясь и перескакивая с мысли на мысль, я постаралась рассказать про свой ночной спектакль. Ирка слушала внимательно и даже ни разу не перебила.

– Только честно: ты таблетки регулярно принимала?

– Да я все понимаю, сама себе устроила.

– Может, и так, но, насколько мне помнится, окна ты еще не била.

– Ирка, если скажешь, что надо ложиться, я лягу. Мне как раз уже скоро можно в отпуск.

– Ну да, конечно. Как только ляжешь, так тут Сорокин и оживится. Как раз время придет ребенка отсудить.

Все внутри у меня сжалось.

– Ты что, думаешь, это органика?

– Не знаю теперь, Лен, не похоже все-таки… Так, надо бы с невролога начать.

Пойдешь по одному адресочку, скажешь, что от меня. Там разберутся. Энцефалограмма, МРТ и прочее. Ты лучше скажи вот что: может, понервничала последние два дня, что-то происходило неприятное?

– Да нет, вчера вообще с Катькой дома были одни. С бывшей больной виделась недавно, но без всяких особых переживаний. Славка пришел поздно: много работы. Я уже спала почти. Вот и все. Мне очень страшно.

– Ничего, Сокольникова, не боись: это не шизофрения и не маниакал.