Притворись моей любовью

Красно-коричневые стены хранилища, покрытые знаками, испещрённые многочисленными ходами, в которых можно блуждать вечность, окутали холодом и тишиной. Старик ждал. В истинной ипостаси. Чёрные крылья были сложены вдоль спины на манер плаща, а рогатая голова, в остальном вполне человеческая, склонилась над огромным фолиантом. Он поднял на меня чёрные омуты глаз. Хранитель был стар, очень стар, и только хитростью и благодаря былым заслугам выживал в Хаосе.

Он окинул взглядом мой человеческий облик.

— Приветствую тебя! Ты почему в таком виде?

— Приветствую.

Мне так удобнее.

Старик залился лающим смехом.

— Рассказывай мне сказки. Знаю, почему в таком. Так и не смирился?

— К делу! – резко оборвал я его. — Ты узнал, что я просил?

— Узнал. – Хранитель хитро прищурился. – Давай оплату.

— Всё также искренне любишь деньги?

— Как и все мы. – Он развёл руками.

Я перебросил старику небольшой бархатный мешочек. Он растянул тесёмки и высыпал на ладонь несколько хрустальной чистоты камней.

— Годятся. – Старик спрятал камни. – Карт нет, утрачены, свидетелей мало. – В его руке возник листок, который он медленно, испытывая мои нервы, придвинул по столу ко мне. Я опустил глаза. На листе серыми чернилами был вычерчен примерный план Академии. Красные точки, словно упавшие капли крови, стояли над башнями. – Лист зачарован от потерь и порчи. За это дополнительно беру.

— И это всё? Мы договаривались о точном местонахождении.

— Что нашёл, – старик пожал плечами и сделал вид, что всецело поглощён изучением фолианта.

Но подрагивающие руки выдавали его с головой.

«Поэтому и в истинной ипостаси. Он меня боится».

Я наклонился поближе к нему и прошептал:

— Знаешь, почему ты сейчас не умрёшь? Потому что мне ещё пригодишься.

Я резко развернулся к выходу.

Весь день ушёл на поиски.

Пара ненавязчивых вопросов коменданту и выяснилось, что апартаменты в башнях предоставляются только самым именитым, и две башни из четырёх уже заняты. Одна – вампиром, лордом Эдгаром, импером, младшим сыном императора Коула.

Другая башня досталась дракону, лорду Кадуму из Идригаса, сыну Синклера Кадума, герцога Мирандола, известного тем, что подавил восстание мятежников. За что до сих пор в почёте у драконьей императорской семьи.

И вампир, и дракон оба сильные маги, со связями и влиятельной роднёй. Лезть напролом – огромный риск.

Зато две другие башни пусты. Видно, не нашлось никого такого же именитого. «Что же так? – усмехнулся я.