Притворись моей любовью

Меньше чем полвека назад новый вождь Глубинкрада Грот Наковальщик в сговоре с шаманом Сниктом Железозубом издал указ: всех — на принудительные работы, несогласных — на каторгу в самые сложные шахты, восставших — на плаху, немощных, старых, увечных — на корм ездовым паукам. Я набрёл на кучку сумевших сбежать калек на границе подмирья и диких земель. Раненый Хатх умолял спасти их, но я не благотворитель и просто так ничего не делаю. Предложить же взамен, кроме их никчёмных жизней, гоблинам было нечего.

Я дал им выбор: стать моими вечными рабами в только что отстроенном замке или подохнуть в диких землях. Кто хотел, ушёл со мной, а остальные... Какая разница, что с ними стало. У них был шанс.

— Хатх, прикажи принести мне перекусить. И передай Килсу, чтоб собрал мою одежду, немного, но на все случаи жизни. И пусть обязательно положит голубой костюм.

«Вдруг опять эту Галгалею придётся хоронить».

— Всё будет исполнено, мой господин. Да хранят вас земные духи!

Совсем скоро я уже мчался обратно в Академию.

Можно было бы, как в старые добрые времена, прекрасно провести остаток ночи в обществе выпивки и сговорчивых девиц, падких на деньги, но вместо этого кинул вещи в гостиной и, пока не рассвело, быстро полетел к ближайшим горам.

«Твари как раз сонные в это время. Легче справиться».

Вторники начинались с практики у первокурсников. Но что с них взять? Ещё ничего не умеют. Поэтому я отправил их бегать по спортплощадке, а сам в это время спал на скамейке.

С четвёртым курсом было поинтереснее. Предыдущая практика не прошла зря, и застать их врасплох так просто уже не удавалось. А уж когда мы поменялись ролями — я защищался, они атаковали — студенты разошлись не на шутку.

Перед блоком с лекциями удачно пообедал в столовой: услышал из чужих разговоров, что для развоплощения ожившей Галгалеи пригласили специалиста в этих вопросах — экзорциста из СОРа, некоего Мэйлина.

«Надо бы вести себя потише, не хватало ещё внимание СОРа привлечь».

Пока обеденный перерыв не закончился, заглянул в ректорскую приёмную. Под видом изучения Устава Академии долго сидел там, чем очень нервировал фейри Аллет, и наблюдал исподтишка за этим Мэйлином и сделал вывод, что ему самому нужен специалист, психиатр, например.

Лекции прошли ужасно скучно, но зато после них явился, как и было велено, Гордиан Андертон.