Притворись моей любовью

Но кошка только понюхала и вообще потеряла интерес.

— Не ест, – разочарованно констатировала я и посмотрела на Рудио.

— Может, она и вправду фамильяр и умеет обходиться без обычной пищи? Питается, как твой Акси, магией хозяина. Эх, когда у меня будет фамильярчик? Будет ли?

— А вдруг она к тебе и пришла?

— Угу. Поэтому и сидит возле тебя. Ну выпусти её. Пускай идёт. Ты же так не любишь нарушать правила. А тут целая кошка!

Рудио права: дисциплину я люблю. Я открыла дверь, но Иветта не двинулась с места.

— Я не могу её выгнать.

Я закрыла дверь с тяжёлым вздохом, но втайне чувствовала радость: очень хотелось оставить Иветту себе.

— Ну вот. – Рудио возвела глаза к потолку. – Вот и покатилась ты по наклонной. Нарушила одно правило, нарушишь и другое.

Рудио хитро улыбнулась мне, и я запустила в неё подушкой.

— Больше никаких нарушений! С меня и кошки довольно. И того что я предстала перед Нальди в полуодетом виде и в странной позе у кровати. Ещё неизвестно, что он подумал обо мне.

— Да на счёт этого обалдуя не беспокойся. – Рудио усмехнулась, но вдруг широко распахнула глаза. – Лайон! А может это именно то, что тебе нужно? Если в жёны этому твоему Ирлайту нужна хорошая девочка, так стань плохой!

Идти на вечеринку огородным пугалом я не собирался. Даже если привлеку излишнее внимание, то всё равно осталось недолго – сегодня обыщу апартаменты дракона; если не повезёт, то в ближайшее время апартаменты вампира, и я исчезну из Академии. Представляю, как озадачится ректор-гном, когда на него снова свалится необходимость искать преподавателя чёрной магии.

К вечеру я принял не сказать, что роскошный, но вполне подобающий вид. Рубашку, конечно же, белую – разноцветные только для попугаев – прикрывал шейный платок. Уйму времени я потратил, чтоб сделать элегантные складки и заколоть их пином, украшенным черепом. Брюки из дорогого тёмно-синего шёлка и такой же сюртук с серебряной вышивкой на воротнике и лацканах, разумеется, были сшиты на заказ и сидели идеально.

Ну и магнетический парфюм с бархатным ароматом тёмного шоколада и горького апельсина добавил мне лёгкого эпатажа. Не хватало трости и перчаток, жаль, но мода на них безнадёжно устарела.

Подумав, вернул на безымянный палец левой руки перстень, полюбовался игрой света на камне.