Притворись моей любовью

Рудио удивлённо встала из-за письменного стола, когда увидела на пороге Ирлайта и вопросительно взглянула на меня. Я представила их друг другу, и Рудио тихо ойкнула.

Ирлайт церемонно откланялся и ушёл. Я с громким стоном повалилась на кровать, но подумать хоть минутку спокойно не удалось: Рудио трясла меня и требовала подробностей. Пришлось всё рассказать.

«Так. Мне срочно нужен Доментиан. Он точно знает, что делать». Я не сомневалась, что он мне поможет, хотя всю жизнь училась не доверять демонам.

И тут я поняла.

У меня в голове два Доментиана. Один — злой демон, хитрый враг, образ, которого я должна была ненавидеть с самого детства. Второй же тот, кого я знаю лично: живой, способный любоваться восходами, искренне улыбаться, сердиться, скучать, шутить, учить и помогать. Но его признание о войне… Как теперь к нему относиться?»

Всё же пойти к Доментиану стоило. Я взглянула в зеркало, поправила волосы и быстро зашагала по коридору. Но только вышла в холл женского крыла, как меня окликнули. Я развернулась, поискала глазами позвавшего.

— Ирлайт? Что ты тут делаешь?

«Он следит за мной?!»

— Я изучил регламент. После отбоя студенты не должны находиться вне своих спален. Но я не студент. А вот ты, — он спрыгнул с подоконника и вышел из тени, — ещё студентка. Мы же не хотим, чтобы в последние дни перед тем, как ты навсегда покинешь Академию, о тебе говорили как о нарушительнице. Поэтому отправляйся к себе. И помни, мы должны служить одной цели и быть заодно.

Я не стала дослушивать, вернулась к себе.

Если пойду к Доментиану сейчас, скандала точно не избежать. А вдруг Доментиан не готов. Я же его даже не предупредила. Может, вылететь через окно. Или послать Рудио? Но Ирлайт видел её и узнает. Отправить Акси с запиской? А как ему проникнуть к Доментиану?»

Я легла на кровать, спрятала голову под подушку.

«Придётся ждать до завтра. И я устала от волнений. В последний месяц слишком много всего случилось. В меня больше не влезает волноваться».

Снова достал рисунки. Снова убрал.

Снова достал, и в отчаянии схватился за голову.

С рисунков на меня смотрела Лайон, нарисованная. «А ведь рядом есть и живая. И всё возможно. Или нет? Довольно!»

Я бросил рисунки на стол в гостиной и вышел. Наверное, впервые я шёл на лекции с большим желанием. Всё же лучше, чем сидеть у себя и бесконечно прокручивать мысли в голове.

У дверей аудитории, перегородив вход, стоял Дагер, студент-второкурсник.

Я остановился перед ним, и глаза у него забегали.