Притворись моей любовью

Они кинули пламенные сферы вверх, раздался глухой рокот, и каменный потолок рухнул вниз. Мой отчаянный крик потонул в грохоте.

Ирлайт уносил меня прочь. Не помня себя от ужаса, я плакала и кричала, металась, пытаясь освободиться, тянулась туда, где осталось моё сердце, похороненное под камнями, — Доментиан.

Я уже умирал. Второй раз не так страшно.

Сквозь дыры в потолке просачивался кровавый свет догорающего заката.

«Закат, уже прошёл день, как я валяюсь здесь. А где-то там Лайон».

Попробовал шевельнуться, но боль в теле пронзила раскалёнными иглами и снова сбросила меня в беспамятство.

Когда снова очухался, удалось, превозмогая боль, чуть сменить положение тела. Камни — плохая альтернатива мягкой постели. Особенно если сломаны кости и разорваны мышцы. Приложил ладонь к груди.

Я лежал на грубых холодных камнях, старался сосредоточиться на непривычных ощущениях трепыхающегося сердца, которого был лишён почти всю жизнь. Но боль врывалась в сознание, пьянила голову.

«Регенерация чересчур медленная.

Сначала Осор, которая вытянула из меня силы ещё в Академии, после — её издёвки и раны от когтей, потом схватка. Я чуть не проиграл. Только ярость и глаза Лайон, полные веры в меня, помогли отправить Осор туда, где ей самое место. А потом проклятый Ирлайт, и последний резерв магии ушёл на то, чтобы выжить.

Лайон успела перед нападением Ирлайта одеть на меня сюртук, как удачно. Не с первого раза, едва попадая в карман, достал два последних флакона с тонизирующими зельями.

«Слабенькие, но сойдут, с ними регенерация пойдёт быстрее.

Всё равно больше ничего».

Я всего лишь откупорил флаконы, опрокинул их содержимое в рот, но так устал, словно перелетел океан, и опять провалился в забытьё — спасение измученного тела.

Когда выплыл в другой раз, в разломы с потемневшего неба уже заглядывали первые звёзды. Боль унялась, я мог спокойно шевелить руками. Ворот рубашки, пропитавшийся кровью, противно холодил шею и грудь. Я попытался сползти с груды камней, на которой лежал, но они пришли в движения, грозясь засыпать меня.

А я и в прошлый раз еле выполз.

«Повезло, что вокруг Ирлайта такие же трусы и идиоты, как он сам, не удосужились убедиться, добили меня или нет. Зато столько пафоса. Прямо как в Лайон при нашей первой встрече. Лайон. Куда же они унесли её?»

Хотелось есть, ещё больше пить, очень тянуло в сон и с трудом удавалось держать глаза открытыми, но я превозмог марево в голове.

«Приходить в себя буду никак не меньше суток.