А если добавить к этому два развода моего отца и принять во внимание двух моих сводных сестер, то мое родовое древо достойно какой-нибудь телевизионной семейной саги, – но Гарри внимательно слушает, и я почти вижу, как он мысленно делает заметки, выстраивая в голове сложную схему моих семейных отношений. Я вдруг понимаю, как мало знаю о его семье, кроме того, что у него есть брат, который переспал с его женой, – и, похоже, Гарри из кожи вон лезет, чтобы вообще не заговаривать о родственниках.
Может, я расспрошу его, но в другой раз.
Я объясняю ему, что люблю Доун и ее подругу, которую называю тетя Джанин, а вот мать Джанин, Лору, я ненавижу, потому что она лицемерная надутая корова.
Если не считать Лору, вечеринка по случаю скорого рождения малыша должна пройти хорошо. Мы поиграем в глупые игры, как это водится на таких мероприятиях, откроем подарки, кто-нибудь из друзей или родственников Доун и Джанин начнет сопливо умиляться крохотным ботиночкам, гости обсудят разницу между детскими колясками, а потом примутся рассказывать о своих детях.
В эти разговоры я лезть не буду, но постараюсь быть милой и ворковать при упоминании младенцев так же, как и все остальные.
Проблема скорее в другом… во всем остальном. Там меня будут уверять: «Скоро и твоя очередь!» – притом что рождение ребенка совершенно не входит в мои ближайшие планы. Я даже не решила, хочу ли детей. Гарри меня понимает: когда он был женат, то привык к вопросам наподобие «А вы уже пытаетесь завести ребенка?».
Он походя замечает, что с удовольствием стал бы отцом, – но по его тону я чувствую, что за этими словами скрывается другой, гораздо более серьезный вопрос, который он не хочет обсуждать, а я не настаиваю.
К тому же, объясняю я, там будет и моя мама, а она… ну, как выражается папа, «в лучшем случае – непогода, в худшем – стихийное бедствие». По словам мамы, ее отношения с папой были полны огня и страсти (фу, какая пошлость). А это означает, что все было в общем-то неплохо, но они оказались никудышными партнерами в бытовом плане.
Папа в принципе не опровергает ее слова, но их брак, на который мама смотрит как на очередную главу в своей жизни, он видит иначе – лишь вздыхает и говорит:
– Если честно, Софи, твоя мама… В общем, удачи тому, кто ее укротит.
Назвать ее легкомысленной было бы слишком, но моя мама совершенно точно любит приключения – ну, во всяком случае, старается в них влипнуть.
