Уроды вроде нас знают, что от таких привычек так просто не избавиться. Мои руки совершенно невольно сжимаются чуть сильней на ее талии.
– Что? – сводит брови Аня.
– Ты очень красивая. И дело не в пластике.
Ее глаза распахиваются чуть шире. Она взволнованно лижет губу.
– С-спасибо. Ты тоже, как я уже говорила, хорошеешь из года в год. А мышцы, – Аня сжимает пальцы у меня на предплечье: – Жила бы здесь, попросила бы телефончик твоего фитнес-тренера.
– Я рад, что у нас все наладилось. Хорошо, что ты приехала.
– Да. Хорошо.
– Теперь, наверное, надо с ответным визитом ехать? Пригласишь на свадьбу?
Мне кажется, или ее взгляд становится действительно напряженным?
– Конечно. Как только мы с Сашкой определимся с датой.
Мы опять улыбаемся друг другу. На душе легко, будто камень, лежащий на ней все это время, спал. Не успеваю я поймать это ощущение, как отец выуживает Аню из моих рук, и мы меняемся партнершами. Потом еще, и еще. Она даже с Серым танцует. Да и я, кажется, столько в жизни не танцевал.
Выхожу из этого круга, лишь когда жажда становится нестерпимой. Дом окутала ночь. Но в низине, где расположили столы и оркестр, зажглись золотые огни гирлянд. Выглядит это все очень празднично и красиво.
– Как думаешь, уже можно выносить торт?
– Думаю, самое время.
– Тогда найди отца, ага? А я отдам распоряжение зажигать фейерверки.
Киваю уже в затылок уносящейся раздавать распоряжения матери и, прищурившись, окидываю взглядом толпу. Отца среди гостей не видно. Решаю поискать его в доме.
Прохожу по дорожке, мимо красиво подсвеченного бассейна. Поднимаюсь на крыльцо. А в раздвижных дверях едва не сталкиваюсь с Аней.
– Ох. Осторожно…
– Скрываешься ото всех?
– Захотелось просто холодной воды. А там такое не носят. – Аня вытягивает вперед бокал, в котором плещутся кубики льда. – А ты? Скрываешься?
– Нет. Отца ищу. Ты его, кстати, не видела? Сейчас будут выносить торт.
– Не-а. Давай, что ли, помогу тебе в поисках.
Пожав плечами, пропускаю Аню обратно в дом. Залипаю на тонких завитках, собравшихся у нее на затылке.
И чуть не натыкаюсь в темноте на низкий журнальный столик. С огромной вазой на нем.
– Осторожней, – хихикает девушка.
– Чего шепчешь? – хмыкаю в ответ и, набрав полные легкие воздуха, ору: – Пап! Оте-е-ец… Мы торта хотим. Давай выходи, где ты прячешься?
В ответ тишина.
– Может, он не здесь? Ты на улице хорошо смотрел?
– Да вроде.
– Ну, тогда в кабинет еще давай заглянем. – Аня толкает дверь. Та поддается.
