— Мне больно, — не выдержала я, когда мы наконец очутились в просторной, хорошо обставленной комнате, явно служившей кабинетом Райдэку.
Руку мою мгновенно отпустили, а пока я разминала затекшие пальцы, на меня смотрели с откровенным раскаянием во взгляде. Только это ничего не меняло. Я злилась. Ужасно. Так, что испытывала дурацкое желание стукнуть Райдэка в грудь кулаками и сказать какую-нибудь гадость. Просто так. Потому что он сделал мне больно.
— Прости, — Торн потянулся ладонью к моему лицу, вынуждая меня отступить в сторону.
— Мне нужен доступ к почте. Помнишь, зачем мы сюда пришли?
Я говорила тихо, без эмоций, и это почему-то явно действовало Райдэку на нервы, словно он ждал от меня скандала, упреков, или чего похуже. Глупость какая. Неужели проктэррианки закатывают своим мужчинам истерики из-за всякой ерунды? Хотя чему удивляться, если у них любое насилие над женщиной наказуемо. Интересно, чтобы с Райдэком сделали за то, что он прищемил мне пальчик? Надеюсь, не прибили бы, потому что теперь это исключительно моя прерогатива.
"
"Бросая на меня мрачные взгляды, Торн включил свой компьютер, а когда открыл почту — жестом пригласил меня за свой стол и отошел в сторону.
У меня сердце радостно подпрыгнуло, как только я увидела письмо от Хока. Щелкнув по иконке, я предвкушающе вдохнула, готовясь прочитать нравоучительную тираду от моего штурмана, медвежье ворчание от близнецов и что-нибудь жизнеутверждающее от Эмбера.
Улыбка завяла на моих губах, так и не распустившись, пока я бегло читала скупое сообщение: ""Мы тебя поняли.
Ждем дальнейших указаний и звонка"".
— Что-то случилось? — взволнованно шагнул ко мне Торн.
— Ничего, — расстроено уронила я. — Полагаю, позвонить отсюда невозможно?
Торн отрицательно качнул головой, и я иронично усмехнулась:
— Я почему-то так и думала. Мы можем вернуться, или у тебя здесь еще какие-то дела?
— Нет, я…
— Вот и отлично, — не дав договорить мужчине, я поднялась с места и двинулась в сторону выхода, краем глаза заметив, что Торн идет следом.
В лифте мы ехали молча и в скайхал садились, скорее, как пассажиры спейса, волею судьбы купившие себе билеты на соседние места, а не как изобретательные любовники, всю прошлую ночь неутомимо отдававшиеся друг другу.
Отвернувшись в противоположную от Райдэка сторону, я уткнулась взглядом в стекло, уйдя в собственные размышления. Мне не давало покоя письмо Хока. Я не сомневалась в том, что его прислал мой штурман.
