Затирка данных о нашем приземлении хоть и не заняла бы больше пары секунд для профессионала, но все равно это был риск.
Хок посмотрел на меня с откровенной насмешкой, а потом набрал номер своего товарища.
Разговаривали они всего несколько минут, но о настоящих причинах, из-за которых нашему экипажу нужна была легенда, Хок другу не сказал, лишь поклялся, что ничего противозаконного мы не совершили, и данная конспирация касается исключительно личной жизни одного из членов нашей команды. Парень пообещал связаться с нами через полчаса, и минуты, пока мы ждали его ответа, показались мне томительно долгими.
Во-первых, потому что мои ребята все это время молча на меня смотрели так, словно видели впервые, и, к сожалению, мысли, которые крутились в их светлых головах, я прочитать не могла, а во-вторых, мне от их взглядов хотелось стать неодушевленным предметом, чтобы сильно не отсвечивать.
Когда друг Хока снова вышел на связь, Эмбер включил громкоговоритель, и мы все затихли, слушая вердикт.
— Я все сделал, — без лишних предисловий начал Нолан.
— Четыре крама назад вы подали официальный запрос в межгалактический штаб конгломерата на участие в спасательной миссии, направляющейся к Зондаркару. Планете грозит гибель, и объединенный флот отправляет армаду вояджеров, чтобы вывезти оттуда население. Официально ваш запрос будет одобрен только послезавтра. Все это время по базе вы находились на Ципре, ожидая разрешения. Через два крама вы должны явиться в сектор G на флагманский корабль, под командование командора Торна Райдэка.
У меня вырвался невольный стон. Хуже условия завещания деда, из-за которого я вляпалась в такую передрягу, могли быть только тупые солдафоны конгломерата, в чье распоряжение милостью Нолана мы с парнями теперь поступали на неопределенный срок.
— И сколько продлится миссия? — безрадостно уточнила я.
— Два месяца минимум, — улыбнулся парень. — Зондакар находится почти на краю Вселенной. Месяц туда. Месяц обратно.
Нет, он явно издевался. С таким же успехом мог нас в тюрьму засунуть.
Два месяца строгого режима и жизни по указке после двух лет вольного дрэйкерства? Я уже успела забыть, что такое подъем по сирене и беспрекословное подчинение старшему по званию.
— Ничего лучше я придумать не мог, — развел руками парень, видя, что все смотрят на него, застыв в гробовом молчании. — К тому же дальняя миссия — лучший способ исчезнуть из поля зрения официально. У вас в запасе есть два дня. Отдыхайте и расслабляйтесь, пока есть такая возможность.
