Приверженная

Чтобы только сбросить этот комок желания… — А потом ты подозвал официанта, что-то сказал ему и просто встал.

— Чтобы уйти? — недовольно пробурчал Кирилл и я негативно замотала головой. Его язык провел тонкую дорожку от мочки уха к ключице и на какое-то время я перестала дышать, забыв, где нахожусь. — Нет, Черничка. Я подошел к тебе, чтобы пригласить потанцевать. Заиграла инструментальная музыка, та, которую ты обычно слушая в наушниках перед сном. Ты не могла мне отказать…

— Не могла… — подтвердила я.

— Мы долго танцевали, затем говорили пол ночи за моим столиком и уже утром ты позволила себя поцеловать.

 — ошарашил меня мужчина и я распахнула глаза. Черт, он был так близко! Наши носы соприкасались, дыхание смешивалось, стоило лишь немного качнуться вперед, чтобы губы сплелись…

— Так быстро?! — его пальцы заползли мне под платье, нежно пробираясь сквозь красное кружево к эпицентру желания. Шакалов, словно специально, делал это так медленно, будто давая мне сотню шансов отвергнуть его. Но я не могла и не хотела.

Не сегодня…

— О, я был очень обаятелен! — Кирилл многозначительно подмигнул и сжал кружево трусиков, заставляя стиснуть бедра и выпустить воздух через приглушенный стон. — Настолько, что ты сама согласилась поехать ко мне и осталась. Навсегда.

— Навсегда и по доброй воле? — задумчиво пробормотала я, неотрывно глядя на его губы. Такие пухлые, влажные, манящие… Сейчас в них словно было освобождение и все, что казалось важным.

— Естественно, Черничка. Никак иначе. — одно резко движение и его губы накрыли мои.

Сотни электрических зарядом ударили по нервам и я растворилась, плотно обхватывая его голову руками. Волосы были такими густыми и податливыми, когда я тянула их в разные стороны, не зная, куда деть энергию. Порыв мужчины, его дикое желание, необузданная страсть и горящие глаза окончательно лишали рассудка. Он шептал мне что-то, между поцелуями и прикосновениями. Прикасался так нежно, словно это был не Кирилл Шакалов. Другой человек…

— Кирилл… Я… Я хочу… — опухшие губы не слушались, но суть мужчина уловил.

В одно мгновение он подхватил меня на руки и поставил на землю, чтобы я могла расправить платье и застегнуть застежку, которая в непонятный момент вдруг оголила мне часть груди. Голова кружилась, вело в разные стороны, но это было всего ничего по сравнению со странным давлением на мочевой пузырь. Шакалов попытался снова подхватить меня на руки, но я замерла и отшагнула. — Подожди… Что-то не так.

Секунда и я поняла в чем дело.