— Ну умора! Михайлыч, может, оформим ему как спецодежду — по ордеру?
— Какие галоши? — по инерции спросил Попов, хотя тут же мелькнула неприятная, хотя и довольно правдоподобная догадка.
— С объектов! Федька с Петром их то в угол забрасывали, то в гараже прятали — везде находит!
Сергеев встал.
— Ай-ай-ай! Все видели! Неужели купить жалко?
Гигант перестал сдерживаться и от души расхохотался, таким веселым Попов его еще не видел.
Ромов дернулся, суетливо взбрыкнул ногой, но тут же степенно выпрямился.
— Вот вы где есть, оказывается.
— Он направился к коллегам. — А смешного, Сашенька, ничего-то и нет… Я ведь не из жадности… Просто привык галоши носить, отвыкать поздно. А поди их купи сейчас…
Внезапно Попов ощутил прилив дурноты. Вновь появилось чувство, что он у самого края глубокого колодца. Вскочив, он сделал несколько шагов назад от устрашающей бездны и уперся в бетонные плиты забора. Уф! Наваждение прошло, хотя сердце бешено колотилось и во рту пересохло.
— Правильно, Валерочка. — Ромов явно обрадовался возможности сменить тему.
— Я тоже хотел забор осмотреть… Давай-ка пройдем вместе по периметру…
Попов как во сне шел вдоль шершавой серой стены. Повторившийся приступ внезапного страха всерьез озаботил его. И этот колодец — он отчетливо видел зияющее отверстие с сырыми скользкими стенами. Галлюцинация? Похоже… Как бы крыша не поехала!
— Высота два тридцать — два пятьдесят, — бубнил Ромов. — Электрозащиты, видишь, нету… Она по внешнему ограждению проходит, а здесь перелезай, пожалуйста, кто хочет!
— Там же завод, — вяло возразил Попов.
— На территорию посторонний не пройдет.
— На заводе он, может, и не посторонний, но нам-то уж точно не свой! Ромов в очередной раз преобразился. Сноровисто осматривал стену, вставал на цыпочки, пригибался, забыв про радикулит. Так идет по верному следу хорошо выдрессированная ищейка.
— А вон что это там такое? — вдруг спросил он, и ни умильности, ни старческой немощи не было в голосе. — Посмотри, Валерий, глаза у тебя получше!
Бетонные плиты забора были подогнаны плотно одна к другой, швы наглухо задраены цементом.
Но в одном месте, метрах в двух от земли, цемент выкрошился. Небольшой участок — сантиметра три-четыре, Валера прошел, не обратив внимания.
— Притащи-ка лесенку и поднимись: насквозь или нет? — приказал Ромов.
Взобравшись на расшатанную лестницу, Попов приблизил лицо к холодному бетону. Щель была сквозная, он увидел зеленый из рифленого железа ангар и край серебристого газгольдера.
