- Конечно! Вы очаровательный мальчик…
Садимся.
Мой взгляд скользит по столам и полкам в поисках телефона.
Взгляд Гарика - по стенам.
- А это чьи работы?
- Вот эта стена — Михаил Пантелеевич Барских, мой покойный муж, дед Яночки. А эти две - уже сама Яночка. Еще девочкой нарисовала. Техника, конечно, не идеальная, но мне они очень дороги.
Разворачиваюсь, разглядываю. На первой – потягивающийся, зевающий рыжий котенок, на второй — разбитое окно, обвитое плющом.
- Дед учил ее рисовать. Талантливая девочка, - разливает она нам чай из резного фарфорового чайничка.
- Со сливками?
- Обязательно, Катерина Федоровна. Разве я могу упустить возможность выпить с приличным человеком настоящий английский чай со сливками?
- Ой, и не говорите, Игорёк, старая гвардия интеллигенции уходит, а новая прирастает очень медленно, - стреляет в меня недовольным взглядом.
- Где можно вымыть руки? - включаюсь я.
Телефона в комнате нет, планирую посмотреть в прихожей.
- Налево…
Встаю. Гарик что-то расспрашивает про Аварию.
Сумка… мне нужен ее ридикюль.
- Яночка учится на втором курсе ГУКИ...- слышу я краем уха и застываю.
В смысле — учится?! - разворачиваюсь я в дверях. - Янка - учится?!
- Первый курс — с блеском! А потом этот вздорный мальчишка… - раздраженно взмахивает бабуля рукой. - Не знаю, успеет ли наверстать в зимнюю сессию. Все работы заброшены...
ГУКИ?!
Так вот куда она периодически исчезает! Коза! Сложно было сказать?! Столько крови из меня выпила своими периодическими побегами!
На старинном комоде — войлочный ридикюль ручной работы.
Открываю.
Е*ануться! Граблю старушку… До чего дошел…
Платочки, афишки, кошелек, косметичка… Телефон!
Быстро закрываю сумку и сбегаю с ним в ванную комнату. Закрываюсь. Погружаюсь в телефонную книгу.
«Яночка» - ее старый номер. Ищу дальше. Ничего. Этого не может быть!
Вбиваю к себе все входящие за последний месяц с неизвестных, а потом все контакты с непонятными мне аббревиатурами. Не так уж и много, штук восемь номеров.
Всё, нам пора!
Выхожу, возвращаю телефон в сумку.
Катерина Федоровна гремит посудой на кухне.
- Гарик! Поехали… - киваю ему на дверь.
- Ты совсем оборзел? - зло шепчет мне он. - Сядь, бл*ть, и попей с ней чай.
Закатываю глаза, возвращаясь за стол.
- Она о твоей жене рассказывает, вообще-то! - продолжает шепотом выговаривать мне Гарик.
Мне хочется сказать, что я и так знаю о ней все.
Но, как оказалось, это моё заблуждение.
ГУКИ. Я в шоке. Еще раз оглядываюсь на картины.
