Привидение в кроссовках

Ну зачем старухе Алтуфьевой деньги? Ее жизнь прошла, а Ксюшина только начинается. К тому же при мысли о том, что богатство достанется ненавистному бывшему муженьку, внуку Татьяны Борисовны, у Ксюши просто свело от злобы скулы, и она приду­мала гениальный план. Вот поэтому ей понадобился паспорт на имя Дарьи Ивановны Васильевой.

– Да почему? – не утерпела я.

Вика вздохнула:

– Помните, я говорила, что у старухи Алтуфьевой были всяческие фобии?

Я кивнула.

– Так вот, – продолжила Вика, – мать Татьяны Борисовны звали Дарья Ивановна, а в девичестве она носила фамилию Васильева.

Из купцов была, не дворянка. Алтуфьева рано лишилась матери и ревностно оберегала память о ней. Доходило до смешного. Любая женщина с именем Дарья мигом превращалась для нее в друга. А уж если полная тезка, Дарья Ивановна Васильева, то Алтуфьева разом бы посчитала такую даму своей родственницей. Вот Ксюша и решила заявиться к бабке, показать ей паспорт на чужое имя, втереться в доверие да узнать чужую тайну.

Я вспомнила, какой ласковой стала Татьяна Борисовна, услыхав мое имя, как она поцеловала меня на прощание, как велела заходить в гости, и сра­зу поверила Вике.

– И вы достали ей паспорт?

Девушка кивнула:

– Исключительно из дружеского расположения?

Виктория покраснела, но ниче­го не ответила. Впрочем, и так было понятно: небось Ксюша посулила за услугу кое-какие денежки.

– Ко­гда вы принесли ей документ?"

"– За две недели до ее смерти, – пролепетала Вика, – она к бабуське сходила, письмо отнесла, вот ведь какой хороший повод для посещения нашелся.

А ко­гда отдавала бумажку, сказала, что ее зовут Даша Васильева. У них такая любовь началась. Только старушка никак «колоться» не желала, все вздыхала, приговаривая:

– Не сказала мне маменька ниче­го, но знаю, сокровище в доме.

Накануне гибели Ксения прибежала в салон крайне возбужденная и выпалила:

– Викуся! Я такое нашла!

– Брильянты! – заорала секретарша.

– Тише, – шикнула Ксюша, – с ума сошла, мы тут не одни! Нет, пока не алмазы.

Но бабуська меня окончательно полюбила и показала нечто. Ну прикол! Сама она там сто лет не ходила, а я пробежалась и обнаружила еще один тайничок, в стене, а там бумажка с планом. Теперь все. Надо подумать, как изъять драгоценности.

– Подлей ей в чай снотворное, – посоветовала Вика, – бабуська задрыхнет, а ты пороешься где надо.

– Не так это просто, – протянула Ксюха, – все, к сожалению, далеко не просто. Борису Алтуфьеву принадлежал весь дом, целиком три этажа.