Привидение в кроссовках

Я прижала ухо к указанному месту и услышала горестное:

– Ау, ау, ау…

– Жуть берет, – дернула плечом Света, – а вы тут ночевать останетесь.

Сказать, что мне не хотелось ложиться спать в кабинете, – это не сказать ниче­го. Но деваться было некуда. Остаток вечера я провела на диване, стараясь лишний раз не спускаться вниз. Правда, протяжный, ноющий звук был слышен только в торговом зале, возле автомата. В буфетной царила полная тишина. Но все равно мне было неуютно, и я постаралась свести пребывание на кухне к нулю.

Мане и Леле я ниче­го не стала рассказывать про дикие звуки, незачем пугать девочек.

Часов в девять мне понадобилась книга для чтения, я спустилась в торговый зал, порылась в детективах и машинально прислушалась. За стеной царила тишина.

Вдруг мне в голову пришла очень простая, но радостная мысль: мы со Светой две дуры! Звук несся со двора, если я не ошибаюсь, там где-то стоят мусорные баки, а около них, как водится, кучкуются дворовые кошки, разыскивающие пропитание. А что приходит в голову сытому коту? Совершенно верно, он настраивается на игривый лад и начинает искать партнершу.

Правда, сейчас не март, но какая, в кон­це концов, разница? Обрадовавшись, что недоразумение так легко объяснилось, я схватила томик Поляковой и пошла к себе.

В девять Маня и Леля привели с прогулки собак.

– Кушать! – завопила дочь. – Вкусная, питательная смесь «Педигри пал», ветеринары всего мира рекомендуют, ваша собака светится здоровьем.

Послышался бодрый цокот когтей, это наша стая торопилась к раздаче мисок.

Че­рез пару минут Манюня влетела ко мне в кабинет:

– Мусик, где Хучик?

Я отложила книгу и, зевая, ответила:

– Бродит по магазину.

– Он не у тебя?

– Нет.

– Странно.

– Почему?

– Я ду­мала, сидит тут за закрытой дверью и не может выйти, – пояснила Маруська. – Он не пришел ужинать.

Я села. Это серьезно. Хучик большой любитель поесть. Правда, готовый корм он уничтожает без всякого энтузиазма. К слову сказать, остальные на­ши собаки тоже недолюбливают сухие комья, которые производители расхваливают до тошноты.

А уж кошки! Слышали ко­гда-нибудь по телевизору бодрый голос, вещающий: «Ваша киска купила бы «Вискас», если бы она умела говорить…»

Не знаю, что делают рекламщики с несчастными животными, что­бы заставить тех, урча от удовольствия, вылизывать мисочки. Фифина и Клепа да­же не приближаются к деликатесу, и я знаю, что сказали бы на­ши кошки… нет, совсем не то, на что надеются производители «Вискаса».