Привидение в кроссовках

В поясницу более не ввинчивался штопор, испарина исчезла, только слегка подрагивали ноги. Интересно, что такое приключилось со мной? Лад­но, не станем ломать голову над пустяками, что бы ни было, оно прошло без следа, испарилось. Значит, надо отменить вызов, я добропорядочная гражданка, и, если мне уже не нужна медицина, следует сообщить об этом. Вдруг из-за того, что бригаде придется ехать сюда абсолютно зря, кто-нибудь умрет, не получив помощи.

– «Скорая», девятая.

– Простите, – торжественно заявила я, – отмените вызов в книжный магазин по адресу улица Федосеева.

– Что случилось?

– Помощь ехала очень долго, она опоздала, больная более не нуждается в медицине.

– Дарья Ивановна Васильева более не нуждается в услугах врачей? – вежливо спросила диспетчер.

– Да, – подтвердила я, – помощь опоздала.

– Хорошо, – ответила девушка, – приму соответствующие меры.

Я легла на диван и закрыла глаза. Ниче­го не болит, но во всем теле ощущается невероятная слабость, да­же разбитость.

Полежу тихонечко, авось пройдет, но усталость превратилась в каменную тяжесть, я сложила руки на груди, вытянулась и… задремала. Сквозь дымку сна послышался лязг и шорох. Потом чьи-то грубые, жесткие руки стали хватать меня за ноги, на палец что-то привязали… Пытаясь проснуться, я замычала, села и услыхала вопль:

– …черт-те что!

Возле дивана стоял плохо выбритый мужик в слишком коротком, грязном, ко­гда-то белом халате. В руках он держал бинт.

– … – повторил он, – ты жива?

– Ясное де­ло, – удивилась я и тут увидела, что с большого пальца моей правой ноги свисает бирка, вырезанная из куска клеенки.

Я посмотрела на рыжий прямоугольник, в полном изумлении прочитав надпись, выведенную фиолетовым фломастером, и обалде­ло спросила:

– Это что?

– Это всем мертвякам цепляют, – объяснил санитар. – Умерший говорить не могет. Вот и тебе привязал. «Дарья Ивановна Васильева». Только никак не пойму, ты что, живая?

– Хочешь, укушу? Сра­зу поймешь, что перед тобой не труп, – обозлилась я.

 – Что тут вообще происходит? Ты кто такой?

– Труповозка, – бесхитростно пояснил мужик, – вызов поступил, «Скорая» сообщила: на Федосеева, в книжном, лежит тело директора, Дарьи Ивановны Васильевой.

– Что?!"

"– А то, – вздохнул санитар, – поскольку место общественное, не личная квартира, мы тут же явились, прям как сивки-бурки.

Я только открывала и закрывала рот, не понимая, что происходит.