Прививка для маньяка

Затем позвонил в дверь напротив, а пока хозяева раскачивались, подхватил под мышку Феликса и пристегнул поводок к ошейнику Гарри.

Напротив проживала пара молодоженов. Вставали они поздно, так как по ночам обожали слушать музыку. Глеб Аркадьевич был единственным из соседей, кто не вел с ними затяжную войну на этой почве, поэтому ребята — Маша и Кирилл — относились к соседу хорошо. Парень сидел без работы и несколько раз спрашивал Глеба, не прогулять ли его собачку — разумеется, за деньги.

Заспанный Кирилл, зевая, открыл дверь:

— Доброе утро, Глеб Аркадьич.

Что-то случилось?

— Случилось. — Глеб протянул соседу пятитысячную купюру, и тот машинально ее принял. Тогда ветеринар сунул кота и поводок растерявшемуся парню и попросил: — Я должен уехать на пару дней. Вот ключи от моей квартиры. Кормите и выводите дважды в день. Внакладе не останетесь. Договорились? Заранее благодарен.

Кирилл кивнул, и Звоницкий вернулся в квартиру. Рассовал по карманам деньги и документы. На всякий случай прихватил ключи от машины.

«Паджеро» стоял в окружении полицейских, так что придется выбираться на своих двоих. Эх, жаль, никакого оружия… Взгляд его упал на будильник. Пожалуй, его вполне можно использовать в качестве подручного средства, если приложить им по уху, сработает лучше любого кастета! Глеб сунул будильник в карман и покинул квартиру.

Дом, где он проживал, был типичной «сталинкой» — высоченные потолки, громадные квартиры. Поэтому, хотя в доме всего два подъезда, разнесены они на значительное расстояние. И чердак имелся — роскошный, надо сказать, чердак.

Звоницкий поднялся по железной хлипкой лесенке и, отперев своим ключом от чердака врезной замок, огляделся. Ага, вон точно такая же дверца, только ведет она в первый подъезд, расположенный далеко от стоянки.

…Выйдя из соседнего подъезда, Глеб Аркадьевич степенным шагом сразу же завернул за угол, а там уж церемониться не стал — быстро зашагал к остановке, и вскоре автобус уже увозил его прочь от родного дома.

Война открыла сразу, как только ветеринар позвонил в дверь.

Судя по всему, девушка недавно поднялась с постели — она была в своем стильном кимоно, короткие волосы растрепаны.

— А, это ты! — зевая, проговорила Войнаровская. — Соскучился или дело есть?

Видимо, лицо Звоницкого отразило гамму сильных чувств, потому что Вера поспешно посторонилась и сказала:

— Входи, раз явился.

Глеб вошел в просторный холл, пахнущий натуральным деревом, и спросил:

— Естественно! — развеселилась девушка. — Не считая Томуры.