Прививка для маньяка

Пока Яна выгуливала Грязного Гарри, Глеб встал перед зеркалом и внимательно осмотрел три едва заметных синяка — следы от нажатия на биологически активные точки. От мысли обратиться в полицию — дескать, меня хотели убить, да, собственно, и убили — он отказался сразу же. Достаточно вспомнить реакцию замглавного врача по связям с общественностью… Глебу вовсе не хотелось провести остаток дней в психушке, доказывая всем вокруг, что ниндзя все-таки существуют.

Но и оставлять бородатого злоумышленника безнаказанным ветеринар не собирался.

Глеб наполнил кормом миски собаки и кота Феликса, а для себя и ассистентки разогрел очередную упаковку блинчиков. Яна быстренько уничтожила свою порцию и смерила его жалостливым взглядом:

— Что, Глеб Аркадьевич, тяжело вам одному? Может, вам помочь как-то наладить быт, а?

Звоницкий знал, что Казимирова готовит просто ужасно, поэтому сочувствие показалось ему оскорбительным.

— Спасибо, Яна, — буркнул он, в спешке допивая остывший кофе.

Пора было ехать на работу. День выдался жаркий, пациентов в клинике набралось предостаточно, поэтому только после закрытия ветеринар и его помощница уселись выпить чаю. Лениво жуя бутерброд, Казимирова поинтересовалась:

— Все забываю спросить, шеф. Как там ваша новая подруга? Что-то ее не видно, даже не звонит… Ой, не похожи вы на человека, у которого свеженький романчик.

— Я похож на идиота, у которого свеженькие неприятности! — в сердцах воскликнул ветеринар.

— Да бросьте! Вы самый умный человек из всех, кого я знаю! — польстила ему ассистентка.

— Тогда почему я постоянно влипаю в неприятности крупного калибра? — задал риторический вопрос Глеб.

— Это как раз понятно. Просто вы, Глеб Аркадьевич, человек внимательный.

— Вот смотрите, большинство людей бегут по жизни и по сторонам даже не оглядываются. Как трамвайчики по рельсам. И маршруты заранее известны: работа — дом, работа — могила…

— А я думал, вы оптимист, Яна, — покачал головой Глеб.

— Я и есть оптимист. Только такой, который реально смотрит на вещи, — тряхнула рыжими волосами ассистентка.

— Ну-ну, продолжайте, — стараясь скрыть усмешку, подбодрил девушку Глеб. Он любил, когда молодежь начинала выдавать философские построения, сразу чувствовал себя мудрым и многоопытным — по контрасту.

— Зря вы ухмыляетесь! — встрепенулась Казимирова.