Призрачная дорога

Над старухой, изворачиваясь и кривляясь, гонимый самим собой, кувыркается автор этих строк собственной персоной.

Мне становится страшно, не примут ли меня домашние за самозванца, не перепутают ли с коварным демоном, не выгонят ли из дома.

А не я ли это, в самом деле?

С чего я взял, что я – это я, а демон – это не я?

Может быть, я – это он, а он – это я. А может быть, нет никакого меня, а есть только он?

Не известно, к чему привели бы эти размышления, если бы я прекратил работать руками.

В некоторых делах автоматизм имеет значение.

Тот я, который извивался над воющей старухой, потускнел.

Сходство утратилось на глазах.

Ненадолго демон превратился в печника, затем съёжился до сиротки.

Отчаянно сопротивляясь, демон пёрнул.

Меня перекосило от омерзения, но рук от старухи я не отнял.

И тут демон не выдержал.

С шипением он отлепился от своей жертвы.

Просвистев в опасной близости от моего лица, опалив ресницы правого глаза, он взвился под потолок и заметался вокруг люстры.

Угодив в один из плафонов, он долго бился там с истошным жужжанием.

Вырвавшись, ринулся к распахнутому окну и вылетел вон, в сторону заката, оставив в москитной сетке дымящуюся дырку.

Сиротка плюнула вслед.

– Никак не могу привыкнуть к этой стране, – сказала Цыпочка.

Очищенная бабуся сделалась меньше и прозрачнее.

Чистить организм следует осторожно, иначе вовсе исчезнешь.

Бабуся покрутила головой, повела плечами, шевельнулась.

Она смущённо поблагодарила меня, я сказал «пожалуйста» и пошёл мыть руки.

Цыпочка засобиралась и вызвалась подбросить гостей: сосед наконец-то разгрёб половину завалов на дороге – по краешку можно проехать.

Пока прощались на крыльце, сиротка резвилась с боа.

Собака восприняла это по-своему, выхватила игрушку и утащила под дом.

Все запричитали, особенно сиротка с родной бабусей. То нос воротили, а теперь переживают.

Вскоре собака вернулась.

Мы с ней до конца команду «принеси» не выучили.

Уносить она умеет, а приносить нет.

Сиротка завопила так, что даже тупой бы сообразил – без боа она ни с места.

Поминая добрыми словами час, когда мне пришло в голову купить этот злополучный аксессуар, я встал на карачки.

Земля была холодна, пол низок. Тесноту усугубляли гвозди, торчащие сверху из досок.

Поводив лучом, я обнаружил розовый комок. Боа выглядело будто улика на месте зловещего преступления.

Я выключил свет – ничего не видно.

Посмотрел на свою руку – нет руки.

Ничего нет – сплошная тёмная материя.