Призрачная дорога

Цари налегали на гарнир, рвали хлеб, а один знаток единоборств даже позволил себе шутку, мол, его супруга и та мягче.

Скоро все умолкли. Остывающий последний зверь удостоился минуты молчания.

Жестом хозяин подозвал нашего героя, будущего плотника.

Общение между ними давно не нуждалось в вербальном переводе.

Хозяин взглядом приказал избавиться от неудачного блюда.

Цари расставались с тарелками без сожаления, и лишь один, тот, который по технологиям, одними губами спросил: «Не против ли папа? Одобрит ли он тот факт, что не доели?»

И едва слышный этот вопрос был, однако, услышан всеми, и тяжёлые лица обратились к хозяину.

И в самом деле, папа не против?

Хозяин варварского пира поглядел осторожно на пустующий трон, затем по-отечески на коллег и подчёркнуто выразительно, но беззвучно, как для глухих, артикулировал:

Остывшие куски редкого зверя скормили учёным собакам, распознающим по запаху коварные помыслы.

Только одну порцию упаковали и передали свите самого бережливого из царей.

Тот пожелал разогреть и ещё раз вдумчиво отведать в домашней обстановке.

Да и мать его, блокадница, с детства приучила еду беречь.

Этот странный авторитарный ланч воспламенил в будущем плотнике накопившийся негатив.

Спустя два дня его жилище бегло обыскали, проверили ноутбук – не насобирал ли компрометирующих сведений?

На банковский счёт поступили щедрые отступные.

Хозяин не уговаривал остаться, но и впечатления самодура о себе оставлять не хотел.

Не теряя времени, нынешний плотник занялся психологическим самолечением.

Перебрался к нам с Кисонькой и принялся рыскать по чаще в поисках упавших деревьев.

Сделать такой выбор ему помогла жена – вы-гнала.

Она познакомилась с лоботрясом из соседнего подъезда, и торчащий дома плотник мешал её личной жизни.

Плотник выискивал пни, волок на лужайку, обдирал, вываривал в масле, шлифовал, полировал и приделывал ножки.

Получившиеся низкие столы уже загромоздили изрядную часть гостиной.

Пробираясь между камином и поделками плотника, Кисонька то и дело стукалась ногой о замысловатый край дубового массива.

Она проклинала и пень и плотника, но гнев её был скоротечен и сменялся благосклонностью – в любой момент плотник готов сгонять в садовый питомник за каким-нибудь растением.

Растения Кисонька любит.

Дерево на лужайке должно её обрадовать.

Собака залаяла на сарай.

Глядя на виляющий хвост и мохнатые лапы, я испытал прилив нежности. Я подошёл к собаке и подхватил её на руки.