Что, черт возьми, со мной не так?
Сладкое искушение слишком велико, и мой кулак начинает двигаться вверх-вниз по моей толстой длине, едва способный удержать его в ладони, и я прерывисто выдыхаю, не в силах удержаться от того, чтобы не представить ее. Ее рот. Ее руку. Ее тело. Все, чего я не должен хотеть.
Затем, в момент чистого безумия, я беру свой телефон и открываю новое сообщение, и с каждым словом, которое я старательно пишу, я стискиваю зубы.
Айзек: Из комнаты доносится странный шум.
Что ты делаешь?
Я нажимаю ""Отправить"", прежде чем мой мозг успевает напомнить мне обо всех причинах, по которым я не должен этого делать, и секундой позже я слышу тихий звон ее телефона. Она суетится, и я слышу ее тихий вздох, когда она читает мое сообщение, а потом наступает тишина.
Черт.
Это было глупо. Я перешел черту… снова, и теперь она, вероятно, думает, что я гребаный извращенец, но разве я не такой на самом деле? Слушаю, как она трахает себя в соседней комнате.
Мой телефон жужжит над одеялом, и мое сердце бешено колотится. Вот и все. В этот момент она обвиняет меня в моем дерьме. Я почти не хочу смотреть.
Моя рука колеблется над телефоном, прежде чем, наконец, я нахожу в себе силы поднять его и провести большим пальцем по экрану. Мой взгляд устремляется прямо к словам, которые она написала, и с резким вдохом я крепче сжимаю свой член, когда странное чувство охватывает низ моего живота.
Аспен: Я не думаю, что ты готов узнать, что я здесь делаю.
Бляяяядь.
Как я должен оправиться от этого?
Я слышу смех из соседней комнаты, и внезапно жужжание переходит от медленного пульсирования к быстрому жужжанию.
— О, блядь, — вырывается у нее, и ее слова захватывают меня в плен, пока мой кулак двигается вверх-вниз, сжимаясь на кончике, и я пытаюсь удержать себя в руках. Но, блядь, теперь это невозможно отрицать. Все чувство контроля улетучилось, как только я понял, что она — женщина из “Vixen” прошлой ночью.
Мои пальцы никогда не двигались по экрану быстрее.
Айзек: Нужна помощь?
Аспен: Как пожелаешь!
По моему лицу скользит порочная ухмылка. У меня не было намерения идти туда. Мы оба пьяны, и поддаваться моим порывам сейчас было бы чертовски безрассудно, но никто не запрещает мне немного повеселиться. Кроме того, я уже переступил черту.
