Несколько минут гремел какой-то ржавый металлолом, хрустело трухлявое дерево. Потом он прибежал обратно с круглыми глазами, сообщил, что за воротами в яме целое кладбище — кости животных вперемешку с человеческими костями и пара скалящихся черепов. «Долго же еще дерьмо разгребать после фашистов, — мрачно подумал Павел, налегая на педали. — Тайные могильники, опытные лаборатории, где кого только не скрещивали, секретные цеха военной промышленности». А еще у немцев была традиция: самую тяжелую работу на секретных объектах выполняли военнопленные и узники концлагерей, после чего их расстреливали и зарывали экскаватором…
Дрезина проследовала 333-й километр.
Характер местности не менялся. Скалы подползали к дороге — какие-то изглоданные, иссеченные расщелинами. Поблескивали прожилки минеральных отложений. Скорость снова упала, от напряжения болели глаза. Как назло, приподнятая над местностью насыпь стала сглаживаться, труднее поддавалась осмотру. 332-й километр… Окулинич и Котов спрыгнули с дрезины, пошли пешком под насыпью.
Железная дорога плавно извивалась между скальными массивами. Поезда здесь снижали скорость. Навстречу прополз короткий товарняк с цистернами. Павел посмотрел на часы. Минут через сорок надо убирать дрезину с пути, пропускать литерный состав на Берлин (важные лица, говорят, проедут). Дрезина прошла поворот. До «верстового» столбика оставалось метров пятьсот. Прямая дистанция — на этот раз довольно длинная, — следующий изгиб примерно через версту…
Усилилось волнение — та же интуиция… Покосившийся столбик с тем самым числом — «331 км»… Дрезина остановилась на путях, оперативники, держа автоматы на взводе, настороженно озирались.
Попасть под обстрел никак не прельщало. Если пулеметчик залезет на скалу, то будет контролировать всю местность вокруг себя, не успеешь добежать до ближайшей горки камней… За спиной — прямая ветка до поворота. На запад — такая же, и поворот на схожей дистанции. Сложная местность вдоль насыпи — ямы, бугры, наваленные булыжники. Если что-то есть на 31-м километре — это не означает, что именно здесь.
Дальше, ближе, может быть, за поворотом. Километраж — понятие условное…
— Вроде тихо, командир, — пробормотал Звягин.
— Товарищ капитан, я тут вот о чем подумал… — Котов от волнения вспомнил про воинскую иерархию. — Мы стоим у знака, стоит проверить до него и после. Километр туда и сюда. Если пусто, то побредем дальше. Если допустить, что где-то здесь в феврале врезали ветку, то мы имеем дело с серьезной техникой.
