— Состав из 13 вагонов — тоже не иголка. Он точно не проходил через Зальденбург?
— Точно. Железнодорожное сообщение между городами фактически дышало на ладан. Зальденбург к 10 февраля блокировали подразделения стрелкового полка. «Золотой эшелон», согласно нашим сведениям, ушел в четыре часа утра 10 февраля. К этому времени железнодорожное полотно западнее Зальденбурга уже оседлали наши части, они не пропустили бы состав. В Зальденбурге работали наши агенты — немецкие подпольщики. Они уверены, что никакой поезд с востока не приходил.
В те дни вообще не было поездов. Тем не менее сведения об отправке эшелона из Креслау вполне достоверны. Войсками ваффен СС был оцеплен дальний седьмой путь и все подходы к нему. Ночью мела метель, видимость была хреновой. Состав стоял у пакгаузов. С другой стороны складов — колонна тяжелых грузовиков. Погрузку осуществляли солдаты ваффен СС — физически развитые хлопцы, не страдающие любопытством. И что интересно, все они остались в Креслау. Такое ощущение, что состав ушел без охраны, только с машинистами.
То есть люди, осуществлявшие погрузку, не знали, куда следует эшелон. Мы допросили выживших пленных — вагоны действительно набивали до отказа тяжелыми запломбированными ящиками…
— Отсутствие часовых на тормозных площадках не означает, что не было охраны, — пожал плечами Павел. — Охрана находилась на маршруте, в глаза не бросалась.
— Правильно мыслишь, — кивнул Шалаев. — Мои люди проводили предварительное расследование. Людей, к сожалению, мало, а толковых сыщиков и вовсе нет.
Опросили тогдашнего дежурного по станции, путевых рабочих, поездную бригаду, грузчиков-охранников…
— Выяснили про машинистов?
— Неизвестно, кто вел состав, — развел руками подполковник. — Местных специалистов не привлекали. Ничего удивительного. Возможно, нашли людей со стороны, которых впоследствии ликвидировали. Итак, со стопроцентной уверенностью можно утверждать, что состав с золотом вышел из Креслау в 4 часа утра 10 февраля, но до Зальденбурга не добрался. При этом его не бомбили, не грабили и не жгли.
Вот такая хреномуть, капитан. Оцепление сняли в 4.15, грузовики убыли в неизвестном направлении. В подвалах Государственного банка — шаром покати, рядовые служащие не в курсе…
— 10 февраля… — задумался Павел. — А гауляйтер Леманн пропал в конце апреля, якобы убыл на самолете в Берлин… Вы связываете эти два события?
— Это твое расследование, — пожал плечами Шалаев. — По моему представлению, они обязаны быть связанными.
— Тогда нестыковка.
