Призрак в кривом зеркале

Она прикусила губу, глядя на него снизу вверх и стоя так близко, что он чувствовал слабый запах от ее растрепанных волос – пахло горьковатой зеленью.

– Я хочу, чтобы вы пошли со мной и помогли написать заявление, – чуть спокойнее проговорила она, не отводя глаз от Макара.

– Зачем я вам, Ксения Ильинична? Заявление вы прекрасно напишете и без меня, и мы оба об этом знаем. Так зачем?

Она немного поколебалась, словно решаясь, говорить ему или нет.

– Затем, что вы мне помогли. Не люблю, знаете ли, оставаться в долгу, так что теперь моя очередь вам помогать.

– Помогать? – недоверчиво переспросил Илюшин и усмехнулся. – В чем же?

– Хотя бы в том, чтобы вы больше не опасались… как вы там выразились? А, возможного развития событий! Считайте это тренингом по преодолению страха.

Макар собрался что-то возразить и тут поймал себя на том, что возражать ему совершенно не хочется.

– С одним условием, – сказал он.

– Опять? Каким на этот раз?

– Вы все-таки станете говорить мне «ты».

Ксеня прищурилась, сдерживая радостную улыбку, и кивнула.

– Мне нужно вернуть папину машину, – сказала она, кивнув в сторону «девятки». – У тебя есть дела? Мы могли бы сразу зайти в отделение…

– У меня нет дел, – сказал Илюшин, выкидывая из головы дом Шестаковых и все странности, происходившие в нем. – Во всяком случае, таких, которые нельзя было бы перенести. Поехали.

Эля Шестакова смотрела из окна своей комнаты, как гость, который должен был находиться в санатории, открывает дверцу старой «девятки» красивой молодой женщине с короткими темно-русыми волосами, а затем и сам садится на пассажирское сиденье.

* * *Москва, за две недели до описываемых событий.

Спина у Илюшина заболела неожиданно, и поначалу Макар не придал этому никакого значения. «Продуло», – отмахнулся он от Сергея, поднявшего брови при виде друга, державшегося за поясницу. Однако трехдневное самолечение не помогло, и когда Макар с трудом встал утром с постели, он оправился к врачу.

Результат оказался неутешительным: пояснично-крестцовый остеохондроз. Врач сунул Илюшину список требуемых лекарств и предупредил, что неплохо бы пройти курс полноценного лечения, а не ограничиваться снятием симптомов.

Возвращаясь из клиники, Илюшин зашел в супермаркет за вареньем для своей соседки, Зари Ростиславовны, – та накануне вечером вернулась с отдыха, и Макар еще не успел с ней повидаться[1].