Призрак в мундире

 – Вы просто не представляете, сколько раз к нам в отряды немцы пытались засадить свою агентуру! И какие потери несли и несут партизаны в наших краях. Не спектакль это, а естественная настороженность. Пашку я знаю, прекрасно знаю. Но что вам мешало втереться в его доверие, запудрить мозги и уговорить привести к нам?

– Предосторожность – вещь хорошая, – согласился Буторин. – Но до тех пор, пока она не превращается в паранойю и не мешает борьбе с фашистами. Потери? Да Красная армия каждый день несет потери, освобождая родную землю от ненавистных фашистов.

И мы к вам не из санатория приехали, рассказывать, какая там вкусная манная каша по утрам. Наша цель не втереться к вам в доверие и не поселиться в отряде, время от времени передавая сведения врагу. Мы пришли за помощью и уйдем, когда выполним свое задание. Поможете – хорошо, не поможете… Ну, партийная совесть вам судья.

– Ишь ты, ишь ты, – рассмеялся комиссар. – Про партийную совесть заговорил. А у нас весь народ сейчас партийный и совесть имеет. Даже те, у кого и партбилета в кармане нет.

Время такое. Все поднялись на борьбу.

– Ну вот и давайте все вместе бороться, – вмешался в разговор Шелестов, понимая, что Буторина все же подводит его эмоциональность. – Включите логику, показания Пашки подключите. Мы пришли по старой связи, которая заморожена как раз для экстренных случаев. Значит, человек на конспиративной квартире нам поверил, значит, пароль верный. Вот что самое главное. А все остальное, как заметил мой товарищ, чистая паранойя.

Мы прибыли из Москвы. Задание очень важное, как вы понимаете. Группа понесла потери, и от вашей помощи зависит, выполним мы задание или нет. Время играет против нас. И нам нужна помощь от вас. Больших подробностей я вам рассказать не могу. Нам нужен человек, который в феврале был проводником у группы советских разведчиков. Тогда было совершено нападение на немецкий конвой на шоссе Брянск – Рославль неподалеку от села Глинищево. Нам нужен этот человек, чтобы он показал место боя. Возможно, вы знаете и о судьбе разведгруппы, которая, как мы полагаем, вся погибла в том бою. Обращаемся к вам, Кузнецов, потому что мы не знаем, какой именно из партизанских отрядов помогал нашим разведчикам и чей боец был тогда проводником.

– Правдоподобно, – кивнул комиссар, но командир отряда задумчиво потер шрам на виске и сказал:

– Хорошо, что я должен передать командиру того отряда, который помогал разведчикам?

– Передайте одну фразу: «Голубь вылетел из гнезда».