И как ему теперь выкинуть из головы прекрасную незнакомку, когда она оказалась сестрой его лучшего – да что там – единственного друга?
– Пойдемте, выпьем вина, – примирительно предложил Брэниган. – Лион с Лив спустятся через несколько минут.
Король и королева, как и положено, появились в зале, когда последних гостей проверили у ворот и впустили на территорию. Обе венценосные особы были одеты в дополняющие друг друга наряды, выполненные в белых и золотых тонах, с коронами-обручами на головах. Счастливые, улыбчивые и удивительно гармонично смотревшиеся вместе.
Гости почтительно замерли по периметру огромного зала, когда Лионар и Оливия рука об руку проходили к приготовленным для них обитым бархатом тронам. Мартин в компании Брэниганов в этот момент стоял у одного из столиков с напитками и задумчиво следил за неспешным передвижением правителей Реонерии.
Как он ни пытался найти в себе отголоски неприязни к королю, их не было. Маг представлял Лионара совсем другим. Самовлюбленным, взбалмошным самодуром. Возможно, марионеткой в руках белых или кого-то, кто взял когда-то еще юного наследника в оборот.
Однако король не выглядел и не вел себя как избалованный болван. Возможно, не знай Мартин наверняка, что именно Лионар отдал когда-то приказ об убийстве его семьи, он даже испытывал бы к нему симпатию.
Когда король и королева сели на свои места, церемониймейстер начал объявлять имена гостей. Каждый из названных выступал чуть вперед и сгибался перед правителями в поклоне.
Март отвернулся. Ох уж эта любовь гнуть спины для выражения почтения!
Перевел взгляд на Корнелию и с удивлением столкнулся с глядящими на него в упор карими глазами.
Пойманная с поличным, девушка зарделась, тем не менее взгляд не отвела, а улыбнулась. Маг не сдержал ответной улыбки.
Зал был полон народа, и, несмотря на распахнутые настежь окна, из-за столпотворения в помещении стало душно. С каким удовольствием Март забрал бы сейчас Корнелию и вышел с ней на свежий воздух…
Почему-то он не сомневался, что она согласилась бы.
То, что их интерес взаимный, было очевидно. Это и радовало, и вызывало в душе бурю смятения.
Не сейчас, только не сейчас. Последнее, что в данных обстоятельствах Мартин мог себе позволить, – это новая привязанность.
Сделав над собой усилие, он первым разорвал контакт и отвел взгляд.
– Ты был знаком с его дядей? – шепотом спросил стоящего слева от него Брэнигана, когда церемониймейстер назвал имя Оливера Ширадина.
– С лордом Ривеном? – Рикхард удивился вопросу.
