Призраки Орсини

– Хочешь напомнить, что это ты у нас рулишь всем? Если бы я тебе был не нужен, то Лекс стреляла бы в меня и убила, – Джейсон немного поворачивается в кресле, глядя на меня с жесткой усмешкой.

– Нет, я просто задал вопрос, – спокойно отвечаю я, глядя в прищуренные темные глаза Доминника.

– Тебя это никаким боком не касается, Орсини. И это точно не тот момент, который я бы хотел вспоминать.

– А мне кажется, что подобная смерть была просто подарком для такой мрази. Никакой боли, просто медленный отказ всех органов, а потом остановка дыхания и врата ада.

Десять минут беспомощного осознания, что ты почти труп против тех мучений, которым он подверг нас с тобой. Но я думаю, он оценил наш сюрприз. И твой реквием.

– Я хотел бы резать его на куски.

– Но он бы ничего не почувствовал.

– Да, и поэтому я выбрал скрипку.

Джейсон удивленно взглянул на меня, словно не понял вопрос.

– На скрипке, – уточняю я.

– Нет. Ни разу с тех пор, – после недолгой паузы, усталым голосом произносит Доминник.

Я делаю шаг вперед, глядя как его пальцы сильно сжимают подлокотник кресла.

– Знаешь, для меня тоже ничего не закончилось. Я думал, что его смерть что-то изменит, станет облегчением, но ростки того, во что он превратил меня, засели гораздо глубже. Я отравлен тем же ядом, и ты тоже. Но у нас нет возможности ввести противоядие. Оно не действует после остановки дыхания. Мы – живые мертвецы, Доминник. Как ни крути.

– Я так не считаю, Орсини.

Убийство Лайтвуда не избавило от проблем, но мне стало легче. У меня есть цель, и я знаю, чего хочу от жизни. Я работаю над собой, хотя получается х*ево, и Лекси знает лучше других, чего мне стоит каждый небольшой шаг вперед.

– Я тоже это вижу. Я говорил Марку, что ты стабилен.

– Не всегда, – вздыхает Джейсон. – Иногда она злит меня своим сопротивлением. После смерти ее матери стало совсем невыносимо. Я не могу с ней спокойно разговаривать. Бесконечные истерики, которые, сам понимаешь, чем заканчиваются.

Я не хочу причинять ей боль. Она меня вынуждает.

– Женщины могут разрушать нас, Доминник, но бывает и по-другому. Каким бы мудаком ты ни был, я знаю, что Саша дорога тебе. Я хочу, чтобы ты помнил, что она единственная, кто может выжить рядом с тобой и укротить твоих бесов.

Делаю еще один бесшумный шаг, оказываясь за спиной Доминника.

– Ты философствовать сюда пришел? – скептически спрашивает Джейсон.