Призыв - дело серьезное. Ошибка в ритуале

Она окинула меня столь плотоядным взглядом, что я бы прикрылся ладошками, если бы был трепетной барышней. Присутствие магических сущностей я ощущал уже некоторое время, но такой наглости от низших не ждал.

— Вас воспитывать и воспитывать, как и вашу хозяйку, — сходу определил, что имею дело с фамилиарами.

Магический фон и наглые повадки о многом могли порассказать.

— Ты Ир-р-рис не трожь! Она хор-р-рошая девочка, а не шлендр-р-ра какая! — ворон угрожающе растопырил крылья.

— Ирис? — покатал я на языке имя.

Так вот как зовут наглую отличницу, посмевшую призвать меня и привязать к себе.

— Да! И ты ей к йархам не сдался, — бесстрашная «стрекоза» явно за что-то меня невзлюбила.

— Эх, был бы он поменьше, себе бы забрала, — наивная «бабочка», напротив, пожирала меня плотоядным взглядом.

— У меня уже есть девушка, — отшутился, боясь даже представить себе подобные отношения.

Рывком поднялся с дивана и зашлепал босыми пятками туда, где валялась какая-то книга.

— Эй! Р-р-руки пр-р-рочь от чужого добр-р-ра! — ворон перепорхнул на пол, загородив мне путь, но уже на слове «прочь» сник, встретившись со мной взглядом. А потом и вовсе неловко поскакал, убираясь с дороги.

Я подобрал книгу, от которой шел мощный магический фон. Перелистнул несколько страниц. Обнаружить описание ритуала не составило труда. Сам круг призыва был универсальным и рассчитанным на высшие сущности, а вот символ… Я даже зажег огонек на кончике пальца и присмотрелся внимательнее, хотя темнота мне не помеха.

Символ действительно был тот самый.

— Надо же, как интересно!

Обернувшись, взглянул на мирно спящую на диванчике девушку.

Глава 4. Порядок в гардеробной и в личной жизни

Обратного перехода мое белье не выдержало, но перенесся я в собственную спальню, а не в церемониальный зал, так что никого не шокировал. Ощутив под ногами холодный камень, направился прямиком в гардеробную.

Раньше я сюда не заглядывал дальше крайнего ряда, где хранилась моя повседневная одежда.

На каждый день предпочитаю то же, что носил в неспокойные времена — простую, удобную и прочную одежду. Ее место в моем гардеробе пришлось отстаивать в неравном бою с пожилым гардеробмейстером, который служил еще моему незадачливому отцу, затем мятежнику и вот теперь достался по наследству мне. С детства привыкнув видеть этого ворчливого деда, я так и не решился его прогнать.