– Молодец! – похвалила меня Мотина. – А коли аппендикс в мозгу воспалится?
– Это невозможно. Под черепной коробкой его нет, – вздохнула я.
– А если представить? – прищурилась Роберта Ильинична.
И тут в кабинет влетела Киса.
Глава 32
– Отлично! – обрадовалась психолог. – Вот вам и пример задержки развития. Девочка, что ты сейчас не сделала?
Киса заморгала.
– А что надо?
– Да, что надо было сделать? – повторила психолог. – Ну?
Юная школьница пожала плечами.
– Не знаю.
– По-здо-ро-вать-ся!
– А я вас уже три раза сегодня видела, – сказала Кисуля.
– И Лампу один."
"– Так… – протянула Мотина. – Давай разберем твою проблему с арифметикой. Мне твою тетрадь показали. Кстати! Сейчас проверим твою долговременную память. Как зовут педагога?
Киса заморгала.
– Бр… др… мр… как-то так.
Я встревожилась. Что случилось с ребенком? Еще утром Кисуля не заикалась!
– Вот, – отметила Роберта Ильинична. – Слышите? Имя нашего глубокоуважаемого учителя математики, завуча с сорокалетним стажем работы Амбиджаникамиломосовконт Лусташканиимиринсович.
Все легко запоминают. Теперь обратимся к примеру. Ноль плюс ноль сколько будет?
– Два ноля, – быстро подсказала я, боясь, что Киса напутает.
Глаза Мотиной округлились и почти вывалились на щеки. Роберта Ильинична вмиг стала похожа на нашу мопсиху Фиру. Та тоже может далеко выкатить очи из орбит. Только Фируша намного симпатичнее внешне и жуткой «халы» на башке у нее нет.
– Лампа, – засмеялась Киса, – ты не права. Если к фигне прибавить фигню, то будет не две фигни, а одна.
Мне так Леня объяснил.
– В тетради ты по-другому написала, – напомнила директриса.
– А это Лампа мне неверный ответ подсказала, – мигом сдала меня Киса.
– Ясно, – протянула психолог, взяв со стола тетрадь. – Займемся русским языком. «На огороде вырос огурец. Волк решил сделать бомбу. Злодей сел в электричку. Заяц отнял у волка огурец, электричка не взорвалась». И как вам это?
– Я заработала за сочинение золотую черепашку, – похвасталась Киса.
Роберта Ильинична сцепила пальцы рук в замок.
– Арина, сходи в столовую и попроси сделать для меня чай.
– Одну чашку? – уточнила девочка.
– Да, – кивнула психолог.
Малышка пошла к двери и открыла ее.
– Ты ничего не хочешь нам сказать? – осведомилась Мотина.
Кисуля обернулась.
– Надо честно говорить?
– Конечно, – кивнула директриса, – врать плохо.
– Ладно, скажу честно. Некрасиво пить чай одной и не предложить Лампе, – отрезала Кисуля. – Гостей угощают. Я не хотела вам это объяснять, сами попросили.
