Про то, как вредно спасать драконов

А иначе, по какой еще причине я стала бы мерзнуть в ледяной воде, стоя на сквозняке? Кожу покрыли мурашки, голову оттянула резко выросшая грива, у русалок выпросила средство для ускорения роста волос, поэтому и пялюсь на опостылевшие звезды. А глотку деру для того, чтобы он не услышал стук моих зубов. Руки беспорядочно шарят по воде, маскируя дрожь. Одна радость, при помощи нехитрого заклинания избавилась от озверевшей мошкары.

Поняв, что еще чуть-чуть, и я охрипну, решаюсь нарушить идиллию и медленно плыву к берегу.

— Ты пришел — певуче радуюсь, еще бы мне не радоваться, холодно же, по пояс, оставаясь в воде.

Ни капли лжи, дала я себе зарок.

— Давно ты меня заметила? — вышел на свет тот самый ушастик, которого я еще недавно лечила.

Выглядит он, кстати, уже намного лучше. Вот только глазки у него блестят странно, не долечился?

Ответом ему стал, тихий звон колокольчика моего смеха, нервы, будь они не ладны.

— Опусти свой лук, я безоружна.

Он быстрым движением убрал его за спину.

— Кто ты? — сделал он шаг ко мне.

— А как ты думаешь? — прищурилась я. Неужели меня так трудно узнать? Или хочет подтверждения?

— Я думаю, ты сумасшедшая, — грубо.

— Ты даже не представляешь, на сколько прав, — трагично вздыхаю, надо бы поменьше пафоса в голосе.

— Кто ты? — а другие вопросы он знает?

— Та, что подарила тебе жизнь? — хихикнула я, наклоняясь за белой тканью, специально в кустах припрятала.

— Не играй со мной, — еще один шаг мне навстречу. Оборачиваю свою тушку в ткань, делая из нее довольно фривольный нарядец.

— Что бы узнать чужое имя, для начала назови свое, — я повернулась к озеру.

— Рилинлевель, — последовал ответ, после непродолжительной паузы. — Из рода Ок Ранас. Первый…

— Достаточно! — резко обернулась я. — Я не желаю знать кто ты. Мне достаточно твоего имени, Рин.

— Мое имя Рилинлевель, — возмутился эльф. Это конечно плохо, но с нужного настроя не сбивает.

— Неужели мне будет отказано в такой малости, как ласковое имя, особенного для меня, эльфа?

Все. Он в ступоре.

Логики моих речей он уловить не может, так же как и не видит логики моих действий. Он ведь понял кто я. Пусть даже внешне я претерпела разительные изменения, но вылечить эльфа удалось пока только одной ненормальной человеческой магичке. Тут и до гоблина дойдет. К правильному выводу можно прийти, если поверить что невозможное возможно. А если он придерживается не столь широких взглядов?

— Ты не можешь быть ею, — отмер, наконец.

— Я есть я, — подошла к нему вплотную.