Про то, как вредно спасать драконов

— Так ты обо всем знала, ведьма? — взгляд острый, как клинок в его руке. Таким он мне нравится больше.

Это они о чем? Моя спина прижималась к широкой эльфийской груди. Мозг не мог нормально работать, одновременно подавляя ярость и непривычные приятные ощущения. Все решила боль.

Мое тело выгнулось дугой в руках Рина. Теперь я собой не управляла. Выворачиваюсь из его захвата, резкая подсечка ногой и отпрыгиваю в сторону воды. Дальше меня скручивает боль. Так всегда бывает, когда я сама позволяю прикоснуться к себе.

И в этот момент мир сошел с ума. Неизвестно откуда набежавшие тучи, заволокли небо. Бешеный ветер рвал и трепал коны деревьев и близ растущие кусты. Из бурлящей воды озера, дико визжа, выходили русалки. Красивые, девушки с длиннющими волосами разных цветов и узорами из чешуи по гибким, вызывающим желания, телам. Только ночью русалки могут выйти на берег, потому что только в это время суток у них хвост превращается в ноги. Здесь не водится нечисть и крупный зверь, потому что их сожрали русалки.

Я лежала на земле в позе эмбриона, пережидая приступ. Мои волосы трепал ветер. Эльфы, забыв о намечающейся драке, кинулись ко мне, вот только их мне сейчас не хватало. Перед ними материализовался Таш. Рыча и выставляя шипы он не подпускал остроухих, к моей страдающей тушке. Барабанные перепонки готовы были взорваться от какофонии звуков.

— Уходите! Мужчины! Причиняете боль! — кричали русалки, выстраивая вокруг меня защитный круг из своих тел.

Я посмотрела на Рина.

— Я буду тебя ждать, — шепчу. Надеюсь, получилось вполне трагично. Вместо этого я бы с радостью выругалась, но времени мое сознание мне не оставило. Я отключилась.

Проснулась я утром. В лагере. Укутанная в ту самую белую ткань и еще в пару одеял. Голая. Рядом лежит Таш, вытянувшись во всю длину. В ногах сидит эльф. Диль. Усиленно хмурится и о чем-то размышляет. Народ уже проснулся и завтракает.

— Привет, — сажусь, продолжая кутаться в одеяла.

— Привет, — прочавкал Сэвил.

— Ну ты и горазда спать, — возмутился Навил.

— Есть будешь? — поднял голову от котла Зар.

— Плохо выглядишь, — порадовалась Рэйка.

— Через полчаса выезжаем, — обернулся командир.

И только дракон с эльфом промолчали. Диль продолжал являть собой скульптуру «эльф не в духе», а Асандер в задумчивости изучал мое лицо.

Таш, дракон был там вчера?

«Не уверен. Если Высший не захочет, его очень трудно обнаружить».

Я застонала в голос. Эльф не рассказал о вчерашних событиях команде.