Про то, как вредно спасать драконов

И чем больше смотришь, на сей унылый пейзаж, тем больше ощущается близкое дыхание смерти, и невольно закрадывается желание прекратить эту пытку, но уже навсегда.

Ас заметно побледнел. Пошла реакция. На самом деле, мне было плевать на эту землю, и на свое прошлое мне тоже плевать, за десять лет сознательной жизни я поняла простую истину. Важно лишь настоящее. И частично будущее. Прошлое делает нас такими, какие мы есть сейчас, но прошлое, которого ты не помнишь, просто не существовало. Так я решила для себя. Но этого дракону знать не стоит.

Пусть думает, что я действительно испытываю сильные чувства, хоть их и в помине нет, он просто не поймет, что можно жить вообще без эмоций. Так уж устроены драконы, он сам мне говорил. А я пять лет жила без этих самых эмоций.

— К чему ты ведешь? — хрипло спросил он, не выдержав моего пустого взгляда, отвернулся.

— Расскажи мне. Расскажи все что знаешь. Меня убивает неизвестность, и в этом я ни капли не солгала, — судорожно шмыгаю носом и пытаюсь вспомнить, какого это плакать? Вот упырь, я ж ни разу еще не рыдала.

Как-то не было необходимости, даже когда пытали, мне и в голову не приходило плакать.

— Я уже говорил, что не могу, — вздохнул он.

— На тебе стоит ограничительная печать? — чуть не сорвалась на деловой тон.

— Нет, но… — он вновь умолк.

Тяжело вздыхаю и одним плавным движением переношу свою тушку на широкую преграду. Теперь я сидела своей пятой точкой на камнях, что для женского организма ни есть хорошо, и болтала ногами в пустоту.

Если спрыгну — лететь буду дооолго. А внизу именно у этой части замка огромные каменные валуны. Место для беседы я выбирала тщательно.

На краю сознания чувствую волнение метоморфа.

— Ас, я говорила, что неизвестность меня убивает? Может тебе стоит посмотреть, как именно она это делает? — одарила я его своей фирменной улыбочкой умалишенной.

— Слезь оттуда немедленно, — рыкнул он. Мдя… похоже его учителя пропустили столь важный предмет как психология неуравновешенных представителей разных рас, склонных к самоуничтожению.

Или он добровольно лекции прогуливал? А у драконов этот курс вообще преподают?

— Ты этого не сделаешь, — шипит он.

Кто ж так спасает-то? Еле увернулась от тянущейся в мою сторону загребущей лапки дракона, он этой самой лапкой меня чуть в пропасть не скинул. Так захотелось ему высказать все, что о нем думаю, но сдержалась и послала в него лишь заклятие молнии. Сейчас главное не заржать в голос, очень уж у него весело волосы торчат.