Про то, как вредно спасать драконов

Оказывается этот Морнан ее сводный братец, который пропал три года назад. Причем пропал он без вести, ни слуху, ни духу. Пока не засветился пару раз, эта слабоумная решила найти любимого братца, с которым дружила с пеленок. Она в истребители пошла, лишь бы его найти.

Вот и нашла. Как увидела, в каком он состоянии, вообще последние мозги перекрыло, хотя она этим добром и раньше не страдала.

— Рэйка, его аура черна, — делаю последнюю попытку.

У меня, конечно, был определенный план, но вот как раз в этом месте он и провалился.

Так вот, как только она осознала, что жить ее брату осталось не долго, она кинулась ко мне с просьбой вылечить его. На что я резко отказала. У меня на то были довольно веские причины, которые ее не интересовали. Тут-то и выяснилось, что наша дорогая магичка носит с собой, подобранную в прошлый рейд, стрелу с солнечным наконечником. И эту самую стрелу она направила на не до конца вылеченного Таша. Я, было, рванула его защищать, так эта тварь его еще и плетью связала.

И ведь то, что я сейчас делаю, гробит мою жизнь буквально на глазах. Вон уже кровь из глаз потекла. Все же некромантские обряды на пару с целительством — это истинное самоубийство. Руку жжет неимоверно, сознание держится на честном слове. Я даже не заметила, как орать начала.

На крики сбежалась вся команда. Вовремя они, как раз к кульминации. Их ошарашенных взглядов я, наверное, никогда не забуду.

Еще больше их глаза увеличились, когда я все-таки смогла подняться на ноги.

— Рэйка, этот отступник будет жить, я не ошиблась, плохой мальчик именно он. Отпусти метаморфа.

Отступника мне не простили, и запустили в меня слабенькую воздушную волну. И зря. Я ведь даже догадываюсь, какой обряд проводил этот ее братик-друг, и даже ошибку его назвать могу, в результате которой он впал в кому, и распылил свой резерв по периметру. Глупый он, и торопливый, такие сложные обряды не терпят столь очевидных ошибок.

Об этом я успела подумать в процессе полета по направлению к Ташу. Опять поднимаюсь на ноги и обращаюсь к застывшей команде.

— Алак. Я не предам, пока не предадут меня, — откуда у меня появились силы на столь спокойный тон, сама не знаю. — Алак Алдар, меня предали. Моему близкому существу грозила смерть от руки члена твоей команды. Договор нарушен.