Пробудившая пламя

Больше всего я сейчас хотел схватить эту упрямицу, вернуть во дворец, где ей и место, запереть в собственных покоях, потому что уверен, что и расположены они как надо и условия там максимально комфортные, и рычать, как её гронх, на любого, кто посмеет меня беспокоить. И сдерживать эти порывы становилось всё сложнее.

К концу пути гронх начал заметно нервничать и торопиться, вырываться вперёд и возвращаться обратно к Ираидале.

– Беги, беги! – рассмеялась она, потрепав зверя по холке. – Тоже скучаешь? Сообщи всем, что мы уже близко.

Гронх сорвался с места с такой скоростью, что исчез из видимости за мгновения. И даже плохие дороги, а точнее полное отсутствие нормальных дорог, ему не помешало. Через несколько часов нас встретил отряд бессмертных.

– Мастер Азуф, – поприветствовала мастера бессмертных моя лари, одаривая его улыбкой.

– Вижу что всё хорошо, и визит к императору не принёс вам новых переживаний. – По лицу воина было заметно, что он рад видеть лари, и как отпускает его напряжение. – Наследники сегодня в море, но их уже известили о вашем скором прибытии.

Скорость отряда заметно увеличилась, словно близость к дому придала всем сил. Очень скоро я понял, что отряд, минуя дома, направляется прямо к берегу. Кони вылетели на набережную, залитую солнцем, Ираидала птичкой слетела со своего коня и, придерживая у бедра ножны с клинком, сорвалась бегом по длинному мосту, служившим здесь пристанью.

Навстречу ей, неслись три подростка, за несколько секунд до этого перемахнувших прямо через борт едва пришвартовавшегося корабля.

Марсу десять, Барлику и Малис по семь, и то, что они выглядели значительно старше своих лет, говорит только об одном. Необходимость защититься или защитить самое близкое существо пробудило родовой дар Марид Нави. И судя по тому, как облепили дети Ираидалу, подставляясь под её ласку, я знаю, кого именно они хотели уберечь.

Те, кого я легко подкидывал в воздух, отправляясь в годовой поход на рубежи, сейчас были ростом едва ли не со свою мать. И выглядели в два раза старше.

Далли словно не могла поверить, что дети рядом, без конца обнимала их, по очереди прижимая к себе, целовала, что-то им шептала, улыбалась и плакала одновременно.

– Нас так никто и никогда не встречал и не ждал.