Продана в жены

Тело болело, словно меня пропустили между мельничными жерновами, а поясница просто разламывалась. Небо еще не посветлело, но рассвет уже ощущался.

Зверь застонал и открыл глаза, облизывая сухие губы.

Не знаю, видел ли он меня — взгляд был совершенно рассеянным.

— Лили, это ты? — прошептал он, и я наклонилась ниже. — Я хочу пить.

Он вздохнул и опустил воспаленные веки. Я хотела позвать Равиля, но вместо этого намочила салфетку и приложила к пересохшим губам. Не могу сказать, что мне было его жаль. Зверь нарвался на нож — я даже не удивлена.

Я приложила салфетку ко лбу в красных пятнах. Он перехватил мое запястье и я уставилась на пальцы.

— Мне нужно сказать охраннику, что вы пришли в себя.

— Лили… — Зверь узнал меня, и отпустил. — Да… Скажи.

Я выглянула в коридор:

— Почему сразу не сказала? — Равиль бросился в спальню и склонился над хозяином. — Кирилл? Кто это сделал?

— Не знаю… Подослали убийц.

Он говорил, задерживая дыхание. Я взглядом поискала лекарства: Ирина должна была оставить обезболивающее.

— Что мне сказать Руслану?

— Хозяин? — в голосе Равиля появилось недоумение.

— Ничего не говори. Не допускай ко мне его рабов и пришли кого-то, кто приберет постель.

Равиль несколько секунд сверлил его взглядом, затем кивнул, и вышел за дверь.

— Лили… — он снова открыл красноватые глаза, и нашел мою руку. — Дай мне воды. Это приказ. Давай.

Помедлив, я встала и подошла к столику. Там стояла бутылочка минералки. Его приказы не оспаривались, даже такие странные, как не пускать чужих или отказ ехать в больницу.

Я открутила крышку, вставила соломинку и поднесла к губам.

— Медленно… Вас может стошнить.

Зверь оказался не из тех, кто слушается. При первом же глотке поперхнулся и закашлялся. Пытался сдержаться, тревожно положив руку на напряженный живот, но все же на бинтах выступила кровь. Я же говорила!

— Черт… — пробормотала я, лихорадочно соображая, звать Равиля или нет, кажется, швы разошлись.

Автоматически потянулась поправить повязку, но остановилась. Помогаю, по сути, тому, кому обещали право первой ночи со мной. Но этого Руслан хотел. Руслан говорил об этом, а не Зверь. Я уже спокойнее прикрыла живот медицинской пеленкой.

— На хрен больницу, — прохрипел он. — «Авалон» самое безопасное место в городе, малышка…

Забавно. В городе у клуба репутация — святых выноси.